miguel_kud (miguel_kud) wrote,
miguel_kud
miguel_kud

Category:

Неделя на Лысой горе (2)

/Окончание. Начало в предыдущей записи./


Четверг. Много шума из ничего

Наутро спасатели наконец смогли закупить на пожертвования шатёр и раскинуть его неподалёку от воза. Некоторые звери приносили с собой каски, лестницы и пожарные костюмы, подумывая, где бы раздобыть шланги. Наф-Наф переселился в шатёр с пожитками, потому что его домик был разгромлен изнутри кротами, навязавшимися ему в спутники. Рассевшись внутри, друзья собирались было приступить к мозговому штурму, который никак не получался без адекватного помещения, когда услышали на улице звуки переполоха.

– Что за дело? Безбожники! – В шатёр ворвался обезумевший Крокодил Гена. Его глаза бешено вращались вокруг орбит, лик его был ужасен и движения быстры.

– Всё в порядке? – флегматично поинтересовался Рак.

– Я ехал... На поезде... С Козьего болота, – отрывисто выл Гена. – Положил билеты на подоконник... Вы понимаете, они были! А их стянули через окно! И кондуктор-грузин выгнал... Мне сказали, это всё Шапокляк... – Казалось, крокодил вот-вот расплачется. – Где были спасатели? Стыд и срам! Я сражаюсь, а меня от старухи и грузина не защищают! Про медвежат каких-то толкуете, будь они неладны... А кондуктора боитесь... Как я теперь до болота доберусь? На крыше ехать? Пешком по шпалам? Пусть мишки ущерб компенсируют! А не компенсируют – значит, бараны.



Крокодиловы слёзы полились в три ручья. Беднягу пытались успокоить. Одни предлагали попросить у Крысы новый билет, другие – объявить Шапокляк в розыск, третьи – запретить грузинам работать кондукторами, четвёртые – ввести безбилетный проезд. Но тут на возу протрубили выступление Сторожа, и все бросились наружу, чтобы послушать.

– Я пошла навстречу дорогому партнёру, – с нескрываемой теплотой отзывалась Крыса о Свине, – мы договорились, что в помощь баранам с Козьего болота пустят европейских шакалов. Если шакалы захотят.

Больше других расстроился Рак, который перешёл к решительной революционной агитации:

– Паршивенько. Сторож не хочет говорить о своих провалах в охране воза. Я вообще начинаю подозревать, что наш сторож – не орёл, а крыса. Посмотрите, в каких монументальных позах он отдавался Свину раньше, и что теперь... Однако это в любом случае моё субъективное впечатление. Ведь он врёт, как дышит, говорит про европейских шакалов, имеет в виду бумажных голубей, а получится что-то третье. Поэтому не будем впадать в панику – всё равно у них сделать на болоте по-своему не выйдет. Сосредоточимся на подготовке к спасению воза! А крыса безнадёжна – слишком далеко зашла по пути сторожей, которые охраняли возы для предыдущих шабашей. И мы ещё можем свернуть её с этого пути нашими сверхусилиями. Озёрные крысы должны понять, что точка невозврата для них – вот она!

Все спасатели, кроме Непонятного Зверя, напряжённо наморщили лоб, пытаясь осмыслить глубину размышления. Может, и Непонятный Зверь тоже наморщил, но никто не увидел за хиджабом. К тому же, Зверь потихоньку покинул толпу и спустился к подножию горы, где Степан Капуста, не доверявший лидерским способностям Рака, решил создать Зоопарк Нового Типа, чтобы тоже заняться спасением воза. Сотрясая свежеизданной брошюркой, заяц сообщал пришедшим на его призыв:

– Мы математически безупречно получили бесспорный научный результат! Методология силлогизма! Ведьмы прилетят ровно через четыре дня!

– Это ж с какого бодуна-то? – бесцеремонно встрял проходивший мимо Матроскин, никогда не отличавшийся учтивостью.

– Доказали ещё во вторник, вчера отпечатали! – отчитался Капуста, раскрыл брошюрку и торжественно продекламировал: – «Теорема Степана Капусты. Дано: 1. Сегодня вторник. 2. Шабаш в субботу. 3. От вторника до субботы четыре дня. 4. Ведьмы прилетят на шабаш. Вывод. Ведьмы прилетят через четыре дня».

Оторопевший Матроскин слегка поёжился:

– Так ведь условия изменились, давно уже не вторник! Шабаш – послезавтра.

– Скромнее надо быть! Не воображай, что ты один такой красивый и знаешь математику, – поставили наглеца на место присутствовавшие звери.

Матроскин хотел было поспорить, но обратил внимание, что все посетители зоопарка тоже покрылись красными пятнами и подъедали по ложечке с блюда то самое варенье со сливами, которым его угощал Наф-Наф. Не дожидаясь нового анафилактического шока, он убежал подальше от строящегося зоопарка.

А оставшиеся звери доели варенье, вытерли блюдо и пустили по нему яблоко. На связь вышел Кенгуру. К этому времени дистанционные пытки членством в спасательных командах начали доставлять ему удовольствие, и он не преминул записаться в Зоопарк Нового Типа.

– Я так прыгаю, потому что у меня есть внутренний стержень – шило в заднице, чего и вам желаю! Почему у Рака что-то начало получаться на Козьем болоте и ничего не выйдет с возом? Потому что он ходит задом наперёд и делает всё наоборот. Получается не то, что хочет. Он шёл на Одессу, а вышел к Изюму. Хотел отправиться с Чудо-Юдом к Винни Пуху в пустыню защищать сусликов, а оказался на Козьем болоте. Только и оставил от тех планов, что Чудо-Юдо в роли поводыря, которого слушает наоборот. Теперь хочет спасти главкрысу, а получится лишь угробить медвежат. Пора копать рвы для медвежьих и крысиных костей.

...Уже ложась спать после бурного дня, Степан Капуста сделал себе пометку, чтобы с утра обновить результат – пересчитать теорему для условий среды. И записал четверостишье:

До чего ж бестолковые звери!
Что минута, то вспышка готова.
И легко разрушает доверье
Неразумное, резкое слово.

* * *

Наступила полночная пора. В болотной глуши чуть слышно, бесшумно шуршали камыши. О чём они шептали и говорили? Зачем между ними горели огоньки? Померцав немного, они исчезали, а затем снова забрезживал блуждающий свет. Это Каркуша пробиралась меж зарослей, подсвечивая себе дорогу и прикрепляя к камышам свои прокламации. Именно её разговор с самой собою можно было принять за шёпот камышей:

– Пускай погибну я! Но прежде,
я в ослепительной надежде,
приму волшебный яд возмездья.
Убьюсь, но сбыточной мечтой.
Везде, везде передо мной
мой образ мести роковой!
Везде, везде, он предо мною!


Пятница. Всё смешалось в доме Облонских

– Ещё одно, последнее сказанье – и летопись окончена моя, – произнёс Матроскин, сопоставляя новую прокламацию Каркуши с конспектом свежих откровений Кенгуру. Уже долгое время он описывал злоключения Поднепровья и живших там медвежат. Возможно, на следующий день сказание будет завершено... а может, останется открытый финал? Но удастся ли закончить повествование? Или земля, трава, воздух – всё это будет, а автор не будет знать про них и его не будет? О, как тяжёл этот непрекращающийся бред...

Матроскин закрыл рукопись. На обложке было написано: «Слово о подвигах при спасении медвежат». Чуть призадумавшись, кот затёр всё, что следовало за «Слово о по...» и переправил заголовок на «Слово о погибели Русской земли», затем перевернул обложку и добавил недостававший пролог:

«О светло светлая и красно украшенная Русская земля! Многими красотами дивишь ты: озерами многими, дивишь ты реками и источниками местночтимыми, горами крутыми, холмами высокими, дубравами частыми, полями дивными, зверьми различными, птицами бесчисленными – всего ты исполнена, земля Русская!»

– А ведь замысловатые сюжеты ждут нас на неизведанном пути! – сказал себе Матроскин, дописав пролог. – Надежда – вот наш земной компас! И удача будет наградой за смелость. Надо быть спокойным и упрямым, чтобы получать порой от жизни скупые телеграммы радости.

Потом он взял маленькое блюдце, пустил по нему яблоко и начал наблюдать за очередным сбором команды спасателей. Они что-то бурно обсуждали, когда мимо шатра, не обращая внимания ни на что вокруг, торопливо проследовали к возу хромающие ежи, ранее посланные Крысой в пустыню и оттуда неоднократно выведенные и снова туда возвращённые. Иголки на их задницах основательно пригорели, и они нецензурно ругали ленивых сусликов, валяющихся в своих норках вместо самостоятельной борьбы с тушканами. Спасатели никак не могли взять в толк, что происходит, пока из глубин Припяти, намного ниже дна, не послышалась правильная трактовка Премудрого Пескаря:

– Наш Сторож не трусливо сбежал без боя, а показал, что мы готовы решительно бороться за свои интересы и не отступать просто так! Сусликам никто ничего не обещал, они сами с усами, но обмен сусликов на преференции у Свина – выгодная сделка!

Часть присутствовавших обрадовались, что благодаря сделке со Свином медвежатам Козьего болота станет лучше, но Рак сочился пессимизмом:

– Такое впечатление, что Сторож – действительно крыса. Которая и медвежат сдаст – что на Козьем болоте, что у нас. Пусть уходит тогда, снимает с себя ответственность за воз!

Вокруг стояло гробовое молчание.

– В чём дело? – удивился Рак. – Почему не раздаются аплодисменты всего леса и массовые требования о замене сторожа?

– Как говорил Скрудж МакДак, правильное действие, предпринятое невовремя, является неправильным, – хмуро ответил Непонятный Зверь и отправился на стройплощадку Зоопарка Нового Типа.

К тому времени, как он туда подтянулся, у строителей в самом разгаре был научно-практический капустник. Самое длинное выступление было у самого профессора:

– Неуживчивая, похотливая, непрофессиональная, подлая крыса! – гневно обличал он и грозил кулаком в сторону Лысой Горы, скрытой за густым лесом. – Поссорилась с ведьмами, не узаконила отношения со Свином, не сумела удовлетворить баранов, предала медвежат…

Окружающие устроили оратору овацию:

– Браво! Браво! Капусту – в новые сторожа! – и гордый заяц расплылся в довольной улыбке.

Перекусив сливовым вареньем, участники капустника снова запустили яблоко по блюду. На связь опять вышел Кенгуру:

– Все тут бают, что им дюже нужны ваши мнения. А ни хрена! Врут из вежливости. Вот мне бы хотелось знать не чьё-то там мнение, а что курит крыса, чтобы излучать оптимизм. Я не курю и вместо оптимизма излучаю сияние правды-матки, аж притомился. А кому у Рака нужны мои разоблачения про свиней, кротов и подсумки? Да они меня прикопать хотят – только догнать не могут. Все те, кто спасателей собирает, желают, чтобы волонтёры пахали по их команде, а не суждение имели. Иначе воз в разные стороны разъедется. Думаете, Капусте чудо-юдины идеи нужны? Да нафиг не упёрлись! У него десятитомник есть. Зоопарк набирают для промоушена десяти томов, а дальше на мясокомбинат. Потому и Наф-Нафа не зовут, что нехаляльный. Резюмирую...

– Нет, – твёрдо остановил излияния инсайдов Капуста. – Резюмирую здесь только я.

На этих словах заяц ухватил с блюда катавшееся там яблоко и начал его грызть, делая вид, что ужасно проголодался. Трансляция Кенгуру прервалась.

Эмоции Непонятного Зверя были, как всегда, надёжно скрыты за хиджабом, но наружу прорвался взволнованный голос:

– Степан Степанович, это очень важно! Я ведь намедни осознал: нужен не сторож, а возница. Из крыс одни вредители. Вот набросал тут мысли... по воспитанию возницы...

– Если твои заметки подтверждают написанное в десятикнижии, то читать их излишне, а если противоречат, то вредно, – не оставлявшим места для возражений тоном резюмировал Капуста и закрыл зоопарк на выходные.

* * *

Светил ясный месяц, светила белая луна. Она осветила путь-дороженьку вплоть до самого Днепра. На эту дорогу совсем одна вышла Каркуша. Сквозь туман блестел кремнистый путь. В эту тихую ночь пустыня внимала Богу, и звезда говорила со звездою. В небесах было торжественно и чудно, а земля спала в голубом сияньи.

«Что же мне так больно и так трудно?» – сокрушалась Каркуша. «Жду ль чего? жалею ли о чём?» Нет, она ничего не ждала от жизни и ничуть не жалела прошлого! Она искала свободы и покоя.

Каркуша вспоминала утренние песни жаворонка и только что отыгравшие трели соловья, со слезами на глазах озирала чудное приволье, нивы и поля. Она смотрела на горы-исполины и видела реки и леса, зная, это всё были русские картины, русская краса. Вокруг были вековые дубы и сосновый бор, простор родины. Каркуша ожила духом и невольно ощутила в сердце мощь богатыря. По русской сторонке можно было гулять без оглядки, чтоб ходил весь белый свет…

Неужели же русские порядки и дедовский завет будут разбиты одним сумасшедшим шабашем, к которому так по-дурацки не сумели подготовиться? ...Когда же решилось это страшное дело? Дерзнёт коварный враг вступить на нашу землю, но скоро ль он восплачет? Не возможет ли он подчинить сердца храбрых вольных зверей? Усеется ли русская земля костьми неприятеля? ...Неужели приключится страшная беда, каковой не знавали вовек? Неужели горе горькое, которое шляется по свету, невзначай набредёт и на нас? Что останется от Поднепровья? ...У зверя есть нора, у птицы есть гнездо. Как бьётся сердце – горестно и громко!

Незлобливая душа Каркуши наполнилось глубокой печалью. Разбрасывая по округе последнюю партию прокламаций, она напевала мотив из когда-то услышанной оперы:

Покинем край мы,
где так страдали,
где всё полно нам
былой печали.
Мир сладкий счастья
к нам вновь вернётся
в приюте дальнем
чужой страны.
Там снова радость
нам улыбнётся,
о жизни горе
забудем мы!



Суббота. Сбор дружины

Утро вышло туманное и седое. Печальные нивы были покрыты прокламациями Каркуши. Рак поднялся на гору и нехотя вспомнил былое время, вспомнил давно позабытые лица. Задумчиво глядя в высокое небо, он размышлял о том, как тяжело собрать команду спасателей. Почему его бывшие соратники зачастую любят крыс больше, чем любых других животных? Взять того же Взбесившегося Скунса, который когда-то прибыл на Козье болото якобы защищать медвежат, а на деле пускал кровь всем подряд, убивая даже неагрессивных баранов и сажая в подземелье тех зверей, которые сомневались в достоинствах Крысы. Да ещё устраивал цирковые представления и отпустил кучу агрессивных баранов в обмен на бесполезную козу. Какой бес заставил его развоняться из таврических степей так, что доносится до самого Полесья и можно подумать, будто он победил Свина на Козьем болоте, а не тоже ушёл, бросив медвежат? И почему в норки Скунса регулярно отправляют посылки из припасов воза? Нет ли тут какой-либо связи? Не получает ли Скунс из дополнительных харчей необходимую энергию для производства запаха? Вопросы, вопросы, вопросы...

К шатру, несмотря на выходной, потихоньку подтягивались другие спасатели. Собрание решили провести на открытом воздухе.

– Друзья! – обратился к своей команде Рак. – Вчера вечером я говорил со Степаном Капустой – нашим главным учёным. Он пересчитал свою теорему. Оказывается, ведьмы прилетят не через четыре, а через три дня. За это время мы должны подготовиться!

– А Матроскин сказал в зоопарке, что они прилетают послезавтра – сама слышала! – на всякий случай сообщила Птица Лира. Она считала, что Рак всегда прав, но также уважала Матроскина, несмотря на его скверный характер.

– Если прав кот, то нам на подготовку три неполных дня, а если заяц, то четыре, – показал владение математикой Рак. – В любом случае, сроки поджимают.

– Смотрите, а что там? – указал Наф-Наф на берег реки. Спасатели присмотрелись.

У подножия горы брели несколько окровавленных медвежат с кандалами на лапах. Накануне вечером бараны с помощью шакалов окончательно разгромили неподконтрольный им лагерь медвежат на Козьем болоте, и немногие успели выбраться живыми под покровом ночи.

– Эй, ребята! Айда к нам добровольцами! – закричал им Крот Стразик. – Тут надо воз спасать! Команда уже собралась!

Закованные медвежата ненадолго остановились. Со слезами на глазах они посмотрели на своих собратьев в клетке, затем перевели взгляд на спасателей, наконец на командира и разбрелись по окрестным лесам зализывать раны.

– Бараны! – злобно выругался Крокодил Гена. – Твари трусливые!

– И какая чёрная неблагодарность нашему Сторожу после всего того, что он для них сделал! – подхватил возмущение рептилии Бойцовый Кот.

– А что я говорил? Этого следовало ожидать, – философски заметил Лебедь.

Галдёж и гам осуждения становились всё громче, как вдруг все замерли.

Этот звук невозможно было не распознать и за тысячу вёрст. Со всех сторон света к Лысой Горе слеталась нечисть и кружилась над местом будущего шабаша, словно смерч. Лишённая тонкого слуха главкрыса повела мордочкой на новый запах и, едва завидев самую первую ведьму, забилась под шконку.

– Всё пропало! – потерялся Рак. – Остались без сторожа!

– Ничего страшного, прибывает другой, – успокоили его, указав на ведущую к вершине дорогу.

По склону горы медленно поднималась процессия из восьми мышей, которые несли украшенный золотом паланкин, и Степана Капусты, который гордо шагал за мышами и вёз кравчучку со своим десятитомником. На паланкине огромными буквами была вышита бриллиантовой россыпью надпись: «НОВЫЙ ЧЕСТНЫЙ СТОРОЖ». Едва завидев её, медвежата в клетке запрыгали от радости и надежды.

Мыши поставили паланкин в нескольких шагах от воза, занавески разверзлись, и оттуда, сияя роскошной серебристой шубкой, высунулась Транспортная Крыса.

– Шо это, мне теперь в грязь ступать? – вопросила она надменно-кислым тоном, оценив отделяющее её от воза расстояние.

Сгибаясь под тяжестью десятитомника, к крысе подбежал запыхавшийся Степан Капуста.

– Здесь... Руководство по управлению возом. Полностью, под ключ.

– То шо надо, – снизошла Транспортница и одобрительно похлопала профессора по плечу. – На тротуар пойдёт.

– Ваше крысейшество, да как же можно? – изумился заяц, пытаясь поближе показать самый первый том. – Пятнадцать лет научных изысканий... Тысячи зверечасов...

Транспортница мельком посмотрела на обложку и смерила Степана презрительным взглядом.

– Ля, ты мне тут балки моста намалевал? – осадила она писателя, гневно тыча пальцем на первое слово заголовка «КАК УПРАВЛЯТЬ ВОЗОМ». – И без твоего знаю: как высовуешься с вагона проблеваться, по башке долбануть может.

Степан Капуста осёкся. Он только сейчас понял, что Транспортная Крыса, для которой он столько старался и писал десятитомник, вообще не умеет читать. Неужто многолетний труд пойдёт коту под хвост?

Однако он ошибался. Почтенный заяц не успел опомниться, как мыши повыхватывали из его лап книги и бросили в грязь. Транспортница вальяжно проплыла к возу, проелозив лоснящимся хвостом по переплётам. Труд Капусты пошёл под хвост не коту, а крысе. Убитый горем, он забрал пустую кравчучку и побрёл, ветром гонимый, вниз по склону Лысой Горы. Но чем дальше он отходил, тем больше задумывался, что ведь могло быть и хуже, и тем больше радовался, что его книги пригодились хоть чем-то, что благодаря книгам к управлению возом наконец пришло сильное животное большого масштаба, и тем решительнее было его намерение сесть за написание новых трудов.

Транспортница тем временем забралась на воз.

– Ну ладно, – уступила она народным чаяниям. – Ведите Антилопу!

Щука и Брюква уже держали Золотую Антилопу наготове. (Брюква сильно недолюбливала Щуку и предпочитала цвести не в команде у Рака, а в Зоопарке Нового Типа, но ради Золотой Антилопы всегда была готова поступиться принципами.) Антилопа долго брыкалась, и пока её запрягали, Транспортница скомандовала Сурикату:

– Раскручуй! – и Сурикат бросился отвинчивать болты и гайки в ходовой части воза.

Раздавая распоряжения направо и налево, Транспортница претворяла в жизнь все подряд идеи, собранные спасательной командой:

– Медвежатам по ложке мёда в день, но со следующего понедельника! И пока не будет учёта, шоп не ели!

Наконец Антилопу удалось запрячь, и та рванула вперёд. Воз вздрогнул, отвинченные Сурикатом колёса отвалились и укатились по склону, а оставшаяся конструкция рухнула на днище. Антилопа била копытами, но вылетавшие из-под них золотые монеты ловила и складывала в карманы Транспортница, а до спасателей долетали черепки и больно били их по лбу. Полуразрушенный воз всё глубже въедался в грязь.

– Что мы наделали??? – в отчаянии воскликнул Рак. – Быстрее тащим, кто как может! Дедка за репку! Эй, ухнем!

Спасатели вцепились кто во что мог и потянули. Лебедь ухватился за верхние прутья клетки и рванул вверх, надеясь унести отдельно с клеткой хотя бы медвежат, бросив воз на потеху ведьмам, но клетка была без дна, а стены её были намертво приварены к возу. От натуги у бедной птицы слетел камуфляж, и на землю посыпались по отдельности фальшивые белые крылья, накладная лебединая шея и жирный чёрный крот, который бросился интенсивно рыть норку в сторону Исландии. Щука, которая так и не разработала квантовую телепортацию, потому как не разбиралась ни в одной естественной науке, тянула в воду, но только гнала волну. Рак пытался оттащить воз назад – если не в понедельник, то хотя бы в пятницу, когда до прилёта ведьм, под подсчётам Степана Капусты, ещё оставалось целых три дня. Но несмотря на все его усилия с каждой новой минутой не только воз, а и всё Поднепровье продвигалось ровно на минуту вперёд.

Несчастные медвежата, лишь только заметив почерневшее небо, сбились в кучу и, оборачиваясь друг к другу, спрашивали шёпотом: «А что потом? А что потом?». А потом прискакал Кенгуру, увешанный пневматическими винтовками, и начал палить наобум. Кровь лилась, растекаясь по полам, а Кенгуру, этот бесчинствующий вождь чёрной трактирной стойки, пах водкой пополам с луком...

* * *

Ревел и стонал широкий Днепр. Сердитый ветер завывал, склоняя к земле высоченные вербы и разгоняя огромные, как горы, волны. Побледневшая и оцепеневшая от ужаса луна еле выглядывала из-за тучи понаприбывших ведьм. Они роились над возом маленькими и большими кругами, но при этом редкая ведьма долетала до середины Днепра – почти все торопились вернуться, чтобы не упустить ни минуты уморительных потуг спасателей. Гомерический хохот раздавался над горой и, отражаясь эхом от неба, разносился по всему Поднепровью. Приближался страшный ураган, который должен был сопровождать шабаш, и атмосферное давление в преддверии невиданной бури упало так низко, что из окрестных могил по обоим берегам реки подымались мертвецы с отросшими до колен бородами и, вознося руки к небу, стенали в страшной муке: «Душно мне, душно!».

И если бы не воющая буря, не стоны и рёв Днепра, не свистопляска кружащих над горою ведьм и стенания мертвецов, не копошение и раздрай спасателей и не всхлипы испуганных медвежат, если бы вместо этого ужасного шума царила полная тишина, то все бы услышали, как из леса доносится храп Медведя. Он спал.



Автор просит прощения за некорректные заимствования эпизодов у поклонников следующих произведений (в порядке использования):
[Прочитать список]
Ф.М. Достоевский. Братья Карамазовы («был поросёнок, но мыслил он правильно»).
А.П. Пушкин. Полтава (Раздумья Кочубея в ночь перед казнью).
М.Ю. Лермонтов. Мцыри («И с этой мыслью я засну и никого не прокляну»).
Новый Завет (Эпизод с отречением Петра).
Р.И. Рождественский. Эхо.
Л.Н. Толстой. Война и мир (сцена с дубом).
Н.В. Гоголь. Майская ночь или утопленница (описание украинской ночи).
К.И. Чуковский. Тараканище (действия Кенгуру).
А. Линдгрен. Приключения Эмиля из Лённеберги (слова Лины про вырванный зуб).
И. Ильф, Е. Петров. Золотой телёнок («бензин ваш – идеи наши»).
Анонимная пародия на басню С. Михалкова «В лесу справляли именины» («Подайте шапку и пальто!»).
Н.В. Гоголь. Мёртвые души (описание Собакевичем губернских чиновников).
Н.С. Гумилёв. Маркиз де Карабас.
Б.Л. Пастернак. За поворотом.
А.С. Пушкин. Полтава (сцена выхода Петра перед войском).
Н.А. Некрасов. Мы с тобой бестолковые люди.
К.Д. Бальмонт. Камыши.
П.И.Чайковский. Опера «Евгений Онегин» – либретто (сцена «письмо Татьяны»).
А.П. Пушкин. Борис Годунов.
С.С. Прокофьев. Опера «Война и мир» – либретто (смерть Андрея Болконского; ниже – ария Кутузова).
«Слово о погибели земли Русской».
А.Р. Пахмутова, Н.Н. Добронравов. Надежда.
«Светит месяц, светит ясный» – русская народная песня.
М.Ю. Лермонтов. Выхожу один я на дорогу.
Ф.П. Савинов. На родной почве.
Н.А. Некрасов. Похороны.
И.А. Бунин. У птицы есть гнездо, у зверя есть нора.
Дж. Верди. Опера «Травиата» – либретто (дуэт Виолетты и Альфреда в финале).
И.С. Тургенев. Утро туманное, утро седое.
Е.А. Евтушенко. Ты спрашивала шёпотом.
Е.А. Евтушенко. Бабий яр.
Т.Г. Шевченко. Реве да стогне Днiпр широкий.
Н.В.Гоголь. Страшная месть («редкая птица долетит до середины Днепра», «Душно мне душно!»).


Автор также благодарит А.Ш., О.Е., О.С., К.Р., М., Н., о.И. за идеи при доработке текста.
Tags: К25/01, Партия Тонкого Слива, опыт художественного анализа
Subscribe

  • Неделя на Лысой горе (1)

    Все персонажи нижеследующего описания вымышлены. Любые сходства с реальными событиями и действующими лицами, включая и те, которые сопровождаются…

  • Сказочное

    Сказка – ложь, да в ней намёк... А.С. Пушкин По просьбам трудящихся расставил в обеих частях текста 'Чебуречная «Мрак»' (…

  • Чебуречная «Мрак» (2)

    /Окончание. Начало в предыдущей записи./ * * * По мере того, как эксперты студии Сурка, разъехавшиеся по городам и весям России, монополизировали…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 89 comments

  • Неделя на Лысой горе (1)

    Все персонажи нижеследующего описания вымышлены. Любые сходства с реальными событиями и действующими лицами, включая и те, которые сопровождаются…

  • Сказочное

    Сказка – ложь, да в ней намёк... А.С. Пушкин По просьбам трудящихся расставил в обеих частях текста 'Чебуречная «Мрак»' (…

  • Чебуречная «Мрак» (2)

    /Окончание. Начало в предыдущей записи./ * * * По мере того, как эксперты студии Сурка, разъехавшиеся по городам и весям России, монополизировали…