miguel_kud (miguel_kud) wrote,
miguel_kud
miguel_kud

С оглядкой на всех

Почти неделю бывал в Интернете набегами по несколько минут в день, а тут вышел и наткнулся на такое… Итак, с лёгкой руки И.И. Стрелкова в одном случае «единственно достойным», а в другом – «жёстким» (правда, в кавычках) ответом на предполагаемые стрельбы укроракет в направлении Крыма названо… сбивание этих ракет. А вовсе не уничтожающий удар по агрессору, самим фактом прекращения существования врага полностью закрывающий возможность новых обстрелов.

Правда, в комментариях Стрелков как бы снова говорит, что, мол, сам он куда радикальнее и пошёл бы на Украину, а тут речь идёт только о возможном ответе Кремля (как будто нынешний Кремль и хочет, и заслуживает наших советов). Однако оговорки его напоминают скорее «отмазки», когда авторы для защиты от критики, а не уточнения позиции, расставляют противоречащие друг другу утверждения, чтобы в случае критики одного из них сослаться на другое. А посыл самих записей остаётся тем же самым, и он сомнителен донельзя.

Можно понять собаку, которая от скудоумия кусает палку, которой её бьют. Хоть и не факт, что много таких тупых собак наберётся. Но когда как бы глашатай самой «ястребиной» позиции в отношении Украины провозглашает стратегию тупой собаки (сбивать ракеты, а не бить по агрессору) единственно достойной и жёсткой, впору призадуматься, что не так с нашей «ястребиной» оппозицией и её глашатаями.

Наблюдение за дискурсом Стрелкова позволяет сделать вывод, что Игорь Иванович всегда исходит из текущих возможностей, но не пытается ни заглянуть в завтрашний день, ни оценить перспективы самому поспособствовать складыванию новой ситуации, при которой «текущие возможности» станут другими. Вспоминается февраль-март 2015 г., когда он воспрял надеждами на фейковый КСУ Азарова и в результате агитировал за Единоукрию. Мол, раз не удаётся «развести» Кремль на полномасштабную интервенцию с демонтажем Украины, давайте «разведём» хотя бы на Армию освобождения Украины. Всякий раз Стрелков готов принять рамки, выставляемые Кремлём. Правда, без особого успеха в реализации своих и без того скромных пожеланий, высказанных даже в этих узких рамках. И называет это реализмом.

Началось это, как минимум, с мая-июня 2014, когда твёрдое решение Кремля слить восстание стало абсолютно очевидно, но вместо попытки сменить стратегию с учётом новой информации и обязательного публичного озвучивания дальнейших перспектив Новороссии, он продолжил взывать о помощи, как будто эти мольбы могли что-то изменить. Единственное своё стратегически верное решение – об эвакуации Донецка и об уходе восстания в РФ – Стрелков не только не захотел и не смог продавить сквозь сопротивление кремлёвских марионеток, но даже побоялся постфактум в публичных выступлениях настоять на своей тогдашней правоте.

Ну а после выхода с Донбасса пошло-поехало. Пока можно было объединить силы, направленные на безоговорочную поддержку Новороссии, на почве неприятия предательства, организованного лично главкремлином и направленного на уничтожение Новороссии, Стрелков это объединение всячески торпедировал сказками о недопустимости смуты. Потом, во время Дебальцевской мясорубки, рассказывал сказки о будто бы начале настоящего наступления, хотя с самого начала был понятен утилизаторский характер операции, а затем – на невыполнимости Минска-2, из-за чего-де особо беспокоиться и не стоит.

Когда же тема Новороссии начала угасать, а количество энтузиастов помогать Донбассу без какой-либо надежды на политические сдвиги сократилось, Игорь Иванович пошёл на создание объединения К25 как общественной силы, претендующей на выражение интересов всего патриотического сегмента, а не только Новороссии. Проблема в том, что защита большой Родины в его исполнении выглядела примерно так же, как и защита Новороссии. Недопущение смуты и роль «пожарной команды» исключительно на случай либерального переворота – это примерно то же, что и недопущение сдачи границы огрызков ЛДНР. Псевдоцель, от выполнения которой стране вообще не станет лучше. И вот теперь мы слышим из его уст идею сбивать ракеты в качестве жёсткой реакции. Только вот как это поможет спасению Крыма?

А ведь результат подобных высказываний состоит в том, что в который раз своей «жёсткой критикой» текущей политики И.И. Стрелков со своей стороны помогает власти сдвинуть окна Овертона в подготовке к новым предательствам. Усилиями «голубей», призывающих не давать Украине силового ответа, и «ястребов», предложивших в качестве крайней реакции сбивание ракет, общественное сознание искусственно загоняется в узкие рамки возможного ответа – между покорным снесением ударов, сопровождающимся облизыванием агрессора, и покорным снесением ударов, сопровождающимся покусыванием палки. Полномасштабный удар по Украине, входивший в требования того же Стрелкова ещё совсем недавно, потихоньку уходит уже и из них. Правильный ответ перестал быть маргинальным и стал замаргинальным уделом «ненормальных» писателей вроде Мигеля.

Конечно, на нашем уровне знаний невозможно точно знать, высказано ли конкретное предложение о сбивании ракет по недоумию или по заданию свыше. Я теперь склонен думать, что, независимо от личной мотивации И.И. Стрелкова, именно такие функции – помощника власти с условно патриотической стороны по сдвижению окон Овертона – не являются случайностью, а выделены ему сурковскими «инженерами человеческих душ». Это надо уметь – в критические моменты раз за разом отклоняться от генеральной линии ровно на дозволенную величину, якобы с целью не сильно шокировать общественность позицией, радикально противоположной conventional wisdom, а на самом деле – с результатом ограничения спектра дискуссий, при котором единственно правильный ответ вообще исключён из рассмотрения и взамен его народу подсовывается абсурдный выбор.

И нам и не важно, работа ли это на заказ или следствие повышенной внушаемости плюс неумение держаться своей позиции по принципу Мартина Лютера «на том стою и не могу иначе». Главное – итоговый результат. Как в отношении Новороссии публика в РФ начала считать «несливом» сохранение либо запихивание в Укру бандитских анклавов с устроенным там адом (абсурдный выбор, к которому нас подтолкнули стрелковские стращания о наступлении Украины на Донбасс или о сдаче границы), так и теперь в отношении Крыма она уже начинает считать «несливом» всего лишь сбивание летящих на полуостров ракет. Развитие событий вокруг полуострова принимает необратимый характер постепенного отступления под напором мелких провокаций, и подобно тому, как официальная РФ лишила себя возможности жёсткого ответа, «проглотив» первые провокации, так и оппоненты нынешней власти лишили себя возможности противостоять предательству, начав не с называния вещей своими именами, а с советов Кремлю, как дать «жёсткий» ответ.

С этим результатом можно «поздравить» одного из главных его творцов – И.И. Стрелкова. Который всё время искал компромиссы между известной ему горькой правдой и попытками не сильно противоречить то ли высшему начальству, то ли воспитанному пропагандой общественному мнению. И в итоге получилось, что, хотя озвучивание компромисса в каждый конкретный момент удовлетворяло максимум аудитории, со временем всё это забылось, но зато не запомнилось почти ничего стоящего, ничего такого, что из-за своего радикализма показалось бы большинству аудитории неприемлемым в текущий момент, но провидением – постфактум.

Проблема в том, что дискурс любого политического деятеля – это не только инструмент обеспечения популярности. Это средство демонстрации своих качеств как аналитика, стратега и лидера. В невоенное время это такое же поле битвы, как фронт на реальной войне. И для того чтобы тебя воспринимали как лидера в кризисное, военное время, необходимо в невоенное время на уровне публичной риторики доказать свою способность осуществлять практическое руководство. (А не рассказывать, как «пожарная команда» в случае войны введёт хлебные карточки, – ведь из этих рассказов хорошо видно, что все представления рассказчика об организации воюющей страны сводятся к воспоминаниям о хлебных карточках.) В какой-то степени эта задача расходится с задачей обеспечения популярности и привлечения максимального количества сторонников, впрочем, в некризисное время (нон-конформистское) участие в политической деятельности для многих людей кажется излишним. Однако в период кризиса людям придётся выбирать свою сторону и вставать под чьи-либо знамёна. И тогда точность оценки ситуации и верность предлагаемых рецептов в невоенное время играет решающую роль. Можно вспомнить пример Черчилля или де Голля, которые не побоялись пойти резко против мнения подавляющего большинства, предлагая свою стратегию сопротивления Гитлеру.

Вот этой деголлевской готовности поступить вопреки приказу предателей, этого черчиллевского наплевательства на насмешки и преднамеренного заострения ключевого тезиса ой как не хватает Игорю Ивановичу! И, честно говоря, не думаю, что что-то изменится. По характеру Стрелков – исполнитель. Он не привык к единоличному лидерству и всегда ждёт приказа и полномочий от начальства. Поэтому даже в отвлечённых рассуждениях в соцсетях, сам того не замечая, он заранее закладывает ограничения, связанные с волей начальства. В критический момент он, вместо того чтобы быть авторитетом, сам подпадёт под влияние каких-то проходимцев, а вместо того чтобы принять стратегически верное решение, откажется от него под предлогом «как бы чего не вышло». Нам нужно просто учитывать это персональное ограничение и идти дальше, не повторяя ошибок.

(Текст на "Политпрогнозе")

Tags: К25/01, Партия Тонкого Слива, политология, стратегия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 144 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →