miguel_kud (miguel_kud) wrote,
miguel_kud
miguel_kud

Categories:

Прожекты и проектирование. III

/Продолжение. Начало и оглавление – здесь./


3. «Нам нужна вся Украина», но мы не «за ЕдУ»

К сожалению, даже на уровне формулирования русских стратегических целей в отношении Украины в головах царит большая сумятица. Это связано и с несогласованием ценностей, и с неодинаковой оценкой реалистичности тех или иных предложений. В ситуации, когда не осталось ничего «само собой разумеющегося», нужно очень много проговорить, прорабатывая разные комбинации и отвергая непригодные.

Так, одна из первых методологических ошибок, возникающих при обсуждении украинской проблемы, – это смешение двух, в общем-то, различных вопросов:

  1. Нужна ли нам вся Украина, т.е. выступаем ли мы за возвращение в лоно русского государства всей территории бывшей УССР?

  2. Поддерживаем ли мы ЕдУ (единую Украину), т.е. выступаем ли мы за сохранение Украины как целостной административно-территориальной либо культурной единицы, будь то в составе большой России или вне её?


То, что эти два вопроса различны, достаточно очевидно. Так, целостная Украина может быть отдельным административным образованием внутри России или независимым государством вне её. Раздельная Украина тем более может быть полностью или частично в составе большой России (отдельными краями или губерниями) или вне её (раздельными республиками).

С другой стороны, можно как выступать за возвращение всей Украины в лоно большой России, так и не быть сторонником полного воссоединения, будучи сторонником единой либо раздельной Украины. Казалось бы, уж насколько нелогична с точки зрения объективных интересов Москвы комбинация – быть «за ЕдУ» то есть за сохранение целостной Украины, но не быть сторонником «нам нужна вся Украина», то есть не ратовать за её возвращение в русское лоно… а ведь именно это мы наблюдаем не только в современной кремлёвской политике, но и в прошлой! В межвоенный период, когда в СССР была только часть нынешней Украины, советская власть исповедовала идеологию единого украинского народа, т.е. культурно относила население нынешней Западной Украины (Буковины, Волыни, Галичины и Закарпатья) к остальной Украине. Иными словами, хотя и не вся Украина была тогда в СССР, советские власти исповедовали идеологию единой Украины, т.е. выступали «за ЕдУ». Но в их идеологии не было сказано, что единая Украина нужна всему русскому народу, как часть русского государства. Их экспансионистские устремления были направлены, самое большее, на установление советской власти, но едва установив её во Львове, они и там начали политику «коренизации» и репрессий оставшихся русофилов. Иными словами, большевики присоединили Западную Украину не для России, а для того, чтобы сделать единую Украину вне России.

Наконец, сами лозунги «нам нужна вся Украина» или «за ЕдУ» можно принимать на тактическом или стратегическом уровне, как ближайшую цель или на будущее, при этом ближайшие цели могут сильно расходиться с отдалёнными. Например, можно сначала взять под контроль только часть территории, чётко нацеливаясь взять потом остальное, или можно присоединить всю Украину как целостный субъект, планируя потом расчленить его на разные административные образования, хотя и та, и другая стратегия рискованны политически.

Как ни странно, несмотря на очевидное различие между этими двумя вопросами, их всё время путают, и этим пользуется эрэфянская пропаганда.

Так, под лозунгом «нам нужна вся Украина» весной 2014 г. была сначала похоронена идея постепенного откалывания от распадающейся Украины созревающих на то областей, а затем – «обоснован» возврат на Украину якобы желающего того Донбасса. Отказ от спасения Юго-Востока от хунты прикрывали тем, что надо спасать всех, и в результате не спасли никого. При этом следует понимать, что лозунг «нам нужна вся Украина» изначально был чистым обманом, потому что никаких действий по возвращению «всей Украины» в лоно русской цивилизации не предполагалось вообще. (Зато удалось порядком дискредитировать сам принцип «нам нужна вся Украина».) В продолжение той же логики, у ряда комментаторов проявляется очевидная ошибка, что отделение Крыма (не в его конкретной реализации, а как принципиальное решение) само по себе исключало дальнейшие действия по присоединению остальной Украины, потому что, якобы, расчленение противоречит включению всей территории. Это не так. Может быть, откалывать Крым до взятия под контроля всей Украины было неоптимально, но одно не исключало другого. Равно как и присоединение Юго-Востока не исключало перспективы дальнейшего воссоединения.

Всё это были элементарные подлоги, рассчитанные на то, что у добросовестного человека, призывы которого спасти Новороссию в 2014 году надо было заглушить, не хватит сообразительности быстро сориентироваться и сказать «да, нам нужна вся Украина, но не сразу и кусками». Во-первых, применялось явное смешение тактики (дилеммы поочерёдного или одновременного включения территорий) со стратегией (вопроса включения части территорий или всех территорий в РФ как конечной цели). Во-вторых, под лозунгом нужности «всей Украины» в РФ оправдывали, почему Укра без Крыма должна остаться единой в административном плане единицей, хотя это вообще разные темы.

Как представляется, правильный русский подход к проблеме должен иметь следующий характер. Нам нужна вся Украина, т.е. возвращение в русское государство всех земель юго-западной Руси. Такова стратегическая долгосрочная цель, а тактически на её реализацию могут уйти годы, причём необязательно все территории б. УССР присоединять одновременно. Однако мы «не за ЕдУ», т.е. мы против единого административно-территориального образования «Украина», и поэтому тем более готовы присоединять разные территории по очереди, а не одновременно, если только так будет целесообразно.

* * *

Ниже мы будем разрабатывать детали этого подхода, представляя себя на месте несуществующей пока бескомпромиссной русской оппозиции, а пока сделаем следующее замечание. Строго говоря, сформулированная цель воссоединения является «трансцендентной»: она не выводится рационально из одних лишь «объективных», «материальных» интересов граждан РФ или Украины, её принятие требует принятия неуниверсальной ценностной основы, ориентации на благо русского народа в его своеобразном представлении. Надо признать, например, что эрэфянское предательство окраинных территорий имеет рациональное основание с утилитарной точки зрения многих жителей центра: до них каток дерусификации доберётся нескоро, зато предательство с большой вероятностью позволит комфортно прожить на нефтедолларах до конца жизни. Потом, конечно, остаток Руси будут расчленять и дерусифицировать дальше, но не исключено, что дети и внуки конкретного эрэфянина смогут к этому приспособиться с сохранением материального комфорта, нисколько не страдая от перемены культуры. Ведь эмигрируют же люди в другую страну и приспосабливаются, а дети-внуки и дискомфорта никакого не чувствуют. В конце концов, не одна империя погибла таким образом, путём медленного доваривания, и «удар милосердия», вроде последнего захвата Рима или Константинополя, не был концом всего даже для большинства жителей этих городов.

Задача воссоединения рационально выводится из надрациональной цели сохранения и развития русского народа и русской культуры, и поэтому актуальна только для тех, для кого такое сохранение и развитие является ценностью более высокого порядка, чем тот же материальный достаток. (Как именно выводится, мы поговорим ниже.) Но для того, чтобы люди придерживались этой ценности, её надо постоянно поддерживать. В том числе и формулируя цель воссоединения, объясняя, почему, если сдавать для дерусификации новые и новые окраины, то дерусификация доберётся и до центра.

К сожалению, этого не понимает оппозиция в РФ, зачастую отказываясь даже от дискурсивной постановки цели воссоединения либо подменяя её половинчатыми идеями вроде «союза государств» или «дружественной пророссийской Украины». Чем бы они при этом ни оправдывались – нереалистичностью воссоединения (тему «нереалистичных» требований мы разбирали в предыдущей части) или якобы грозящими за требования воссоединения репрессиями, – это уже капитуляция перед трудностями до того, как они возникли, и усугубление тем самым этих трудностей. Неправильно, например, говорить, что сначала мы уберём путинский режим вместе с союзниками по антипутинской оппозиции, а потом в условиях свободы слова обсудим воссоединение. Как сказано выше, требование воссоединения не является неизбежным рациональным выводом из текущих материальных интересов и, следовательно, свобода слова и демократическое обсуждение вовсе необязательно приведут к постановке такой задачи после Путина. Только постоянное внедрение в дискурс оппозиции ирредентистской проблематики уже сейчас позволит сохранить в народе соответствующий запрос и оставит возможность постановки цели воссоединения новой властью.

* * *

Теперь сделаем несколько замечаний, почему нам нужна вся Украина и почему она не должна быть целостной единицей.

На мой взгляд, единственно устойчивая в долгосрочном плане конфигурация Восточной Европы – это отделение русских земель от ЕС по западной границе Советского Союза. Только по этой границе культурно-этнические характеристики населения меняются скачкообразно, а дальше идёт непрерывное изменение и чересполосица, в результате чего никакой другой стабильной границы быть не может. Всегда по обе стороны границы какая-то часть населения будет считать себя одним народом и не будет признавать границу.

При этом надо учитывать фактор жёсткой геополитической конкуренции, из-за которого на этом пространстве невозможны «буферные территории», «финляндизация» и прочие компромиссные варианты, означающие промежуточное положение между Западом и Востоком. До самого Евромайдана выполнялась программа «многовекторной» Украины, предполагавшая отказ от безусловного ассоциирования только с Россией или Западной Европой. Эрэфию это вполне устраивало, и она до самого последнего момента равнодушно взирала на «многовекторные» заигрывания киевских элит. Но не устраивало это Запад, который преследовал чёткую цель полностью включить Украину в свою орбиту, заведомо исключив даже гипотетическое восстановление большой России в неопределённом будущем. И ради этого, завидев возможность реализовать цель и войдя во вкус, Запад пустился во все тяжкие, не останавливаясь ни перед чем. Вспомним, какая откровенная истерика была развёрнута в Европе по поводу откладывания Януковичем ассоциации с ЕС, как Европа и США сознательно поддержали кровавый переворот, проведённый в нарушение западных же подписанных «гарантий», с наглым навязыванием точки зрения заговорщиков всему народу, как они поддержали кровавое подавление сопротивления перевороту. Запад занял откровенно русофобскую позицию в ситуации, когда Эрэфия сидела тише воды, ниже травы, боясь и подумать о настоящем давлении ради установления своих интересов.

Я думаю, после 2014 года не должно оставаться никаких сомнений в том, что такое поведение Запада можно принять за константу. Максимально продвигать свою экспансию в восточном направлении, пытаясь заведомо исключить восстановление России, он будет всегда. По этой причине, какую бы часть Украины мы ни оставили Западу, он воспользуется тем, что тамошнее население считает себя украинцами, и использует этот человеческий материал для подрыва российской государственности по восточную часть от линии размежевания. Думаю, если отдать Западу всю Украину вместе с Донбассом и Крымом, то будет то же самое, только использовать будут какую-то другую идентичность, например, восточно-славянскую. Выдержать такое противостояние очень долго, не имея целью при первой же оказии выбить Запад с русских земель, российское государство не сможет ввиду слабости своих ресурсов, точно так же как нынешняя Эрэфия не может выдержать противостояние на «половинчатом» рубеже по границе Крыма и линии Минского перемирия. Она уже сейчас дёргается в надежде побыстрее отделаться от тяжёлой ноши, не понимая, что и новая граница после отступления не станет окончательной.

Глупейшая надежда – думать, что, если Россия не дойдёт до западных границ СССР, то Запад позволит Польше взять Галичину, Румынии – Буковину и т.д. и, соответственно, их полонизировать и румынизировать. Нет! Он объявит эти территории единственной неоккупированной частью свободной Украины и будет использовать в качестве тарана. Не надо преувеличивать степень независимости Польши и Румынии, а тем более – приписывать им мотивации межвоенного периода XX века!

Единственным вариантом предотвратить экспансию Запада в этих условиях будет установление, как минимум, военно-политического контроля России по западной границе Советского Союза, на которой происходит чёткое деление населения по тому, к какому народу оно себя причисляет. В этой программе-минимум не значится обязательное присоединение той же Западной Украины к России на общих основаниях, но полностью исключается предоставление Западу контроля и влияния на этих землях.

Установив над этими землями контроль и проведя там полномасштабную денацификацию, искоренив русофобию (а вовсе не сгоняя туда врагов, предоставляя им тем самым удобную точку сборки), можно будет решать дальнейшие проблемы. Можно сколько угодно мечтать о «Европе от Атлантики до Урала» или структурах международной безопасности, но всё это останется утопией, пока хотя какая-то часть Украины остаётся «неприкаянной», ибо Запад всеми силами будет распространять на неё свою экспансию. Неутопично только жёсткое размежевание по такой границе, продвинуться за которую любой из сторон будет стоить дороже всевозможных выгод.

Другое дело, что в долгосрочной перспективе в постколониальном мире едва ли возможно удерживать контроль над территорией, не имеющей общего статуса с другими национальными территориями страны. Это тоже будет неустойчивая конструкция, из которой выходом будет либо присоединение территории к России, либо предоставление неуживчивой территории независимости после того, как будут решены вопросы безопасности. Однако уход России с этих территорий даже через двадцать лет, как говорилось выше, – неустойчивое состояние ввиду геополитической конкуренции и откровенной паранойи Запада по отношению к России, которая вряд ли к тому времени закончится. Возможным решением на какой-то длительный период может служить статус, напоминающий статус Пуэрто-Рико при США – иноязычного «свободно присоединившегося государства», автономия которого предельно ограничена.

Итак, лозунг «нам нужна вся Украина» выводится просто из идеи сохранения русского народа, из идеи быть самостоятельной цивилизацией, не капитулировавшей перед Западом и не включившейся в него в качестве какой-нибудь Польши или Прибалтики. Любой отказ от этого стремления приведёт к конфигурации, которая окажется неустойчивой и в условиях геополитического противостояния обернётся новым крахом.

Что же до лозунга «не за ЕдУ», то мы уже неоднократно рассматривали и здесь только повторим резюме: единая Украина – это путь к формированию идентичности, отдельной от русской, и к становлению элит, заинтересованных в расколе.

* * *

Как сформулированная цель должна трансформироваться в программные требования оппозиции? Разъясним свою логику на примере 2014-го года и нынешнего времени, иными словами, предложим свою альтернативную программу для весны-лета 2014 года, когда нашим тогдашние предложения не были реализованы; для нынешнего этапа, когда наши предложения тоже наверняка не будут реализованы; и для возможного будущего, когда наши предложения гипотетически могут быть приняты.

Весной 2014 г., пока война не перешла в особо кровавую стадию, а Порошенко не стал «президентом», мирный отход Новороссии и постановка её под защиту российских войск, на основании просьбы законного на тот момент президента Украины, за что выступали сторонники Новороссии, не только не снизили бы дальнейших шансов на воссоединение с Малороссией и Западной Украиной, но способствовали бы скорейшему дозреванию их к этой необходимости. Пожили бы раздельно, без ресурсов Юго-востока, не будучи обозлёнными войной, но под влиянием активной российской пропаганды, – успокоились и одумались бы. Сам мирный и законный характер ввода российских войск не дал бы Запада повода перейти к вооружению Украины и разжиганию войны в тот промежуток времени, который был необходим для «доваривания» остальной Украины. Поэтому надо было сначала присоединять Новороссию, создавая условия для присоединения Малороссии, затем – думать о Западной Украине. Примерно по «плану Хазина», но без передачи Галичины и Волыни полякам.

Мало того, до конца апреля 2014 года, наверное, можно было создать Новороссию «в режиме ополчения», то есть без прямого вмешательства российской армии, но это требовало широкомасштабного материального и организационного содействия со стороны РФ, а не торпедирования ею русских движений при одновременной помощи партнёрской хунте.

Другое дело – когда началась большая война и ненависть достигла большого накала. С конца мая – начала июня 2014 года ситуация радикально изменилась; в качестве водораздела служили «избрание» Порошенко президентом хунты и переход к массированному применению тяжёлого вооружения и авиации. С тех пор, в том числе и теперь, простой ввод войск на территорию только Новороссии не позволит остановить войну. Слишком заметная часть населения остальной Украины мобилизована на противостояние «российской агрессии», и Запад будет подначивать оставшуюся Украину на постоянные вылазки, как минимум, против Новороссии. Да и в Новороссии теперь не доверяют современному российскому государству, и выстоять в этом противостоянии при нынешнем соотношении ресурсов, даже просто удержать Новороссию будет крайне сложно. Вариант мирного сосуществования с оставшейся Украиной после раздела исключён.

Следовательно, с конца весны 2014 г. прежние рассуждения о мирном продвижении и поочерёдном взятии регионов под контроль отпадают. Сейчас, пользуясь всё ещё имеющимся военным преимуществом, надо ориентироваться на взятие под контроль всей территории б. УССР как можно скорее, чтобы силовым способом покончить с укронацизмом, совершившим столько преступлений против русского народа, и пресечь возможность использования территорий б. УССР как плацдарма для вылазок против большой России. Да, это будет дорого стоить в смысле материальных и человеческих потерь, однако запускание процессов на самотёк (а точнее, дозволение оперировать на этой территории Западу) приведёт к ещё большим потерям. Только взятие под контроль всей западной границы б. УССР, т.е. выход к Польше, Словакии, Венгрии и Румынии позволит поставить перед этими странами вопрос о контроле границы с их стороны и прекращении диверсионных вылазок, и только тогда можно будет наводить порядок внутри страны. Иначе будет что-то похожее на нынешние попытки сирийского правительства разобраться с постоянно засылаемыми террористами, объявляя перемирия по текущей линии фронта, притом что даже граница с Турцией не контролируется.

При этом взятие всей Украины под военный контроль, вообще говоря, никак не означает моментального присоединения всей территории к РФ на общих основаниях или сохранение её административного единства. После денацификации можно присоединять территории по мере их «созревания», сохраняя, например, ту же Галичину под военным контролем, но предоставляя ей ограниченный суверенитет во внутреннем самоуправлении, а через много лет, когда психоз пройдёт, предложить ей воссоединение. Военный контроль нужен для спасения местных русских, прекращения насильственной украинизации, наказания укронацистов и предотвращения использования населения и территории в антироссийских целях.

Однако всё, сказанное выше, касается наших проигнорированных призывов весны 2014 года и наших нынешних предложений, которые наверняка будут проигнорированы. В том же будущем, когда их могут принять во внимание, мы должны сохранять стратегическую цель «нам нужна вся Украина, но по частям». Оптимальную тактику присоединения заранее предугадать невозможно хотя бы по той причине, что сейчас не известны военные обстоятельства, которые сложатся к тому времени. Однако настоящая русская оппозиция должна уже сейчас сказать, что, если будет малейшая возможность, то она пойдёт на силовое решение вопроса, военное освобождение оккупированных территорий и последующую силовую денацификацию тех территорий, которые удастся освободить. И независимо от того, какого продвижения удастся добиться сразу, не будет снимать стратегической цели воссоединения всех русских земель.

* * *

С учётом наших соображений разберём ещё раз предлагаемую некоторыми обозревателями идею украинского «правительства в изгнании», которую, мол, нынешний Кремль реализовать не сможет, зато другие власти смогут. К сожалению, она никуда не годится в качестве нереалистичной программы ни первого типа (как альтернатива нынешним потугам власти для сегодняшних условий), ни второго (как программа для будущей власти). Хотя бы по чисто военному основанию: уже с выборами Порошенко в мае 2014 г., затем летней войной и осенними парламентскими выборами хунта Украины легитимизировалась в глазах всего мира и обеспечила лояльность силовых структур внутри страны. С этого момента военная победа в режиме ополчения становилась в принципе невозможной, потому что, как бы быстро ополчение ни наступало, на захват им всей Украины потребовались бы многие недели или месяцы, а этого времени хватило бы Западу, чтобы под легитимным в глазах всего мира предлогом помощи законному правительству организовать военное противодействие. Украина бы превратилась в многострадальную Сирию с минимальными шансами РФ обеспечить победу своих ставленников в длительном противостоянии ввиду ничтожности располагаемых ресурсов по сравнению с ресурсами Запада. Только быстрый разгром ВСУ и оккупация Украины тотально превосходящей армией РФ с выходом на западные границы позволили бы воспрепятствовать дальнейшей подпитке укронацистов из-за рубежа и прийти к миру. Любые «компромиссные» предложения, не предполагающие полного и быстрого уничтожения врага, работали на затягивание войны и максимизацию жертв.

То же самое положение дел имеет место и сейчас, применительно уже к идее захвата Украины в режиме «армии», собранной «правительством в изгнании». Никаких шансов на победу у такой армии не будет ввиду поддержки, которую на легитимных для всего мира основаниях окажет хунте Запад для защиты от очевидной для всего мира агрессии с территории РФ. Иными словами, РФ в очередной раз прослывёт захватчиком, но и победы не добьётся.

Однако и в качестве программы на будущее, для другой власти, предложение о «правительстве в изгнании» не выдерживает никакой критики. Конечно, уверенно прогнозировать, какие военные условия на Украине сложатся к моменту смены режима РФ, нельзя, однако пока что никаких предпосылок к тому, чтобы хунта ослабла в военно-политическом плане и всю территорию Украины можно было занять за несколько дней, не наблюдается. А любой другой, медленный сценарий «гибридной войны», как было сказано выше, превратит Украину в «Сирию» и, скорее всего, окажется тупиковым.

Мало того, если рассматривать идею «правительства в изгнании» как программу для будущей власти, то мы наблюдаем смешение целей и методов. Какого именно состояния для будущей Украины можно будет добиться с помощью «правительства в изгнании», не говорится, зато много внимания уделяется оговоркам, что это, мол, единственный способ легитимно сформировать армию для наступления против хунты и т.д. (Оговорка тоже бредовая, потому что для всего мира это будет очевидная агрессия с территории РФ.) Дорогие, стратегии и планы на будущее так не пишутся! Вы уже сейчас ориентируетесь на ограничения и запреты, вами же придуманные для нынешней ситуации (ибо идея «правительства в изгнании» бредова даже для сегодняшнего дня) и уделяете этому больше внимания, чем собственно задачам, которые хотите решить с помощью этого метода! При этом к тому времени, когда вы гипотетически окажетесь у власти, одни ограничения уйдут (например, нежелание властей), другие – добавятся (например, военное ослабление РФ по сравнению с Укрой). Поэтому ваши нынешние соображения о реалистичном методе решения задач потеряют актуальность, но поскольку в соображениях не сформулировано цели, то от соображений вообще ничего не останется. Зачем тогда в очередной раз обсасывать эту глупую мульку?

* * *

С других позиций, а именно с точки зрения постановки стратегических целей, следует покритиковать идею Хазина о передаче Польше нескольких областей. Я понимаю, что не имеющий отношения к Украине и не разбирающийся в ней Хазин озвучивает популярную идею каких-то кругов, считающих себя специалистами по Украине, то есть поёт с чужого голоса, но полностью снимать ответственность за предложение с него нельзя.

Вообще, здесь проявилось одно неприятное качество эрэфян. Они не готовы вообще ничего делать или переделывать под русские нужды, а только подстраиваются под самый доступный и лёгкий в краткосрочной перспективе сценарий. Святых вещей вроде понятия исконно русских земель и недопустимости их разбазаривания, тем более насильственного, для эрэфян не существует. Поэтому избавляться от «Кемских волостей» они готовы бесконечно. Равным образом не волнует эрэфян судьба оставшихся в западных областях людей с русской идентичностью, которые, пусть и не любят РФ, не мыслят себя поляками. И истории они не знают, например, забывают, к каким проблемам уже в XX веке привёл вот такой же царский подарок присоединяемой к России Финляндии – прирезанный автономной провинции Карельский перешеек.

Но самое главное, Хазин, а точнее те, кто «напел» ему этот мотив, предлагают подстраиваться под текущее, краткосрочное по историческим меркам, настроение местного населения, а не переделывать самосознание населения западных областей под общерусские интересы. Но без такой переделки – никуда. Даже для проведения региональных референдумов надо сначала прекратить состояние массовой истерии, ибо для принятия ответственного решения надо находиться в здравом уме и твёрдой памяти. А не проводить референдум здесь и сейчас, в состоянии максимального накала и умопомрачения. Необходимо навести на территории порядок силами российского государства, искоренить укронацизм и жестоко наказать укронацистов до, а не после выяснения воли населения, иначе бандеровцы будут и дальше влиять на результат!

Для сравнения уместно сопоставить пораженческие идеи эрэфян по подстраиванию под текущие настроения с действиями тех же укров, которые не побоялись брать под контроль не только Харьков и Одессу, но и города Донбасса, захватывая последние с помощью войск, и сейчас беспрепятственно проводят факельные шествия на улицах Славянска! Неужели же Хазин думает, что задача перековать жителей Одессы, Запорожья, Харькова, Славянска в «настоящих украинцев» легче, чем перековать галичан в нормальных русских? Нет, не легче – это просто в русском народе не хватает жизненной силы, а захватившие над ним власть эрэфяне не ставят национальных целей и ленивы, готовы только приспосабливаться к условиям, а не формировать действительность под себя. А радикальные укронацисты обладают упорством.

Хазин игнорирует тот факт, что значительная часть населения Галичины приняла русофобию потому, что большая Россия то вынужденно оставляла Галичину на произвол западных соседей (как это сейчас снова предлагает сделать Хазин, только преднамеренно), позволяя им перековывать местный социум по своим лекалам, то сама же перековывала население Галичины, Волыни, Закарпатья и Буковины в украинском духе. И вместо того, чтобы аккуратно исправить ошибку, Хазин хочет усугубить преступление! Не спасти галичан от ополячивания он хочет, а насильственно загнать их под губительный польский пресс! Ведь это то же самое поведение эрэфян, которые сначала оставили население всей Украины под оккупацию укронацистов, а затем обвинили всё население, что оно само виновато, так что пусть теперь выкручивается само, а они дадут «украинцам» прочувствовать на своей шкуре, каково это жить в оккупации!

Да, идея отдать Львов полякам – не хазинская. Очень уж она популярна и у выгоревших людей на Украине, уставших бороться с галичанскими «инопланетянами», и среди «специалистов» из Москвы (из свежего можно отметить воспроизведение идеи Эдуардом Лимоновым). У тех же нацдемов и других неискушённых русских умов частенько всплывает идея союза русского и польского национализма на антиукраинской почве, ради которого они готовы задобрить поляков Галичиной. (Похоже, тем же нацдемам не хватило неудачного опыта общения с тягнибоковской «Свободой», теперь хотят попробовать с поляками.) «Интернационал национализмов» как таковой – вообще откровенная химера, а тем более пресловутый союз русского и польского национализма для решения украинского вопроса.

Трудно сказать: весьма возможно, что на какое-то время придётся смириться с польской оккупацией Западной Украины, но только в результате военного поражения, невозможности сразу взять под военный контроль всю Украину. Не зря же НАТО так активно наращивает военное присутствие в Польше! Так, в правление Алексея Михайловича Россия пошла на мирный договор с Польшей, разделявший Малороссию по Днепру, но это было не сознательное предательство малорусов российским государством (как потом во времена гайдамацких восстаний), а результат объективного военного поражения и невозможности спасти, притом что цель в любой удобный момент забрать все русские земли оставалась. Признавать за Польшей право на русские земли нельзя, и таким позорным предательством мы только лишний раз подорвём возможности реинтеграции тех, кто считает себя украинцами, в русский народ. Одно дело – перемирие по необходимости и откладывание цели воссоединения на будущее, другое – полный отказ от цели, ещё даже не попытавшись её достичь.

Стратегическая цель возрождённой на месте РФ России в отношении Украины должна включать то, что на долгий срок, желательно навсегда станет решением украинского вопроса. Сейчас Эрэфия получила на собственных границах, причём у самых благодатных территорий, свой Пакистан для Индии и даже хуже. Это – такая угроза, которую компромиссные и временные решения оборонительного характера никак не преодолеют. Сродни Крымскому ханству для России, с территории которого постоянно проводились разорительные набеги, и никакие промежуточные решения вроде оборонительных укреплений или усиления гарнизонов, ни даже ответные карательные мероприятия не позволяли обеспечить безопасность юго-западных рубежей. Это проблему Россия решила только при Екатерине, выходя за рамки «достижимых компромиссов», – полностью разгромив и аннексировав Крымское ханство, и тогда начался расцвет Полудённого края.

То же самое положение имеет место и для нынешней РФ: варианта фиксации нынешних границ для неё не существует. Или она будет и дальше пятиться назад, сдавая новые и новые земли и выторговывая тем самым продление комфорта для центра, или восстановит страну в границах проживания русского народа. Помириться и ужиться с Украиной не получится.

/Продолжение – в следующей записи./

(Текст на «Политпрогнозе»)

Tags: Новороссия, Русь, Украина, война, стратегия
Subscribe

  • Режима нет

    Большой когнитивной миной под наше понимание политической жизни стало повсеместное использование слова «режим» к той организации номинальной власти,…

  • «Кому работу доверяешь» – 9

    /Продолжение. Начало и оглавление здесь./ 9. «Умная пыль» Лейтмотивом предыдущего раздела было повествование о профессии «военных дирижёров» –…

  • «Кому работу доверяешь» – 7

    /Продолжение. Начало и оглавление здесь./ 7. Инвариантность целовательных мест В разных расследованиях, изучая связи некоторых персонажей и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 48 comments

  • Режима нет

    Большой когнитивной миной под наше понимание политической жизни стало повсеместное использование слова «режим» к той организации номинальной власти,…

  • «Кому работу доверяешь» – 9

    /Продолжение. Начало и оглавление здесь./ 9. «Умная пыль» Лейтмотивом предыдущего раздела было повествование о профессии «военных дирижёров» –…

  • «Кому работу доверяешь» – 7

    /Продолжение. Начало и оглавление здесь./ 7. Инвариантность целовательных мест В разных расследованиях, изучая связи некоторых персонажей и…