miguel_kud (miguel_kud) wrote,
miguel_kud
miguel_kud

Categories:

«В лесу справляли именины» – 3

/Продолжение. Начало здесь и здесь./

* * *

Национализм – это, в самом деле, многомерная концепция, идеология и политическая линия. Согласно Политическому словарю, национализм «проповедует не вражду и ненависть к представителям иных наций и народов, но скорее политическую независимость и работу на благо собственного народа. Последнее относится прежде всего к государственной власти». От этого определения уже и в самом деле недалеко к другому определению национализма А. Несмияном (он эти определения меняет от оказии к другой, как перчатки), что национализм – это идеология построения национального государства, нации-государства. Иными словами, речь идёт о политической программе строительства государства, институты которого ориентированы на реализацию интересов нации, сторонниками которой являются данные националисты, и последующего укрепления и развития данной нации, в том числе и целенаправленными усилиями государства.

Очевидно, в этом понимании наличествуют два открытых вопроса, без конкретизации которых национализм остаётся неопределённым:

  1. Кто входит в данную нацию, по какому принципу она отграничивается от других?

  2. Что является благом для данной нации на нынешнем историческом этапе и как его добиться?

Первый из этих вопросов эквивалентен проблеме идентичности, второй – не менее широкой теме критериев добра и зла, а затем – технократической теме достижения поставленной цели. В зависимости от того, какой подход к двум вопросам разделяет тот или иной националист, он примыкает к национализму того или иного типа. Важно заметить, что зачастую ответы носят «проектный» характер, например, определённые принципы отграничения и, соответственно, идентичность, ещё не разделяются большинством проектируемой нации, и националисты данного типа хотят привить именно эту идентичность своей нации. Русские националисты могут сказать: ну да, Иванюк ещё не осознаёт себя русским, но мы хотим включить его в русскую нацию для его же блага (в нашем понимании последнего). А Эль Мюрид может сказать: ну да, Иванов из Харькова пока только смутно догадывается, что в РФ его считают скакавшим на Майдане укром, но будет воевать за буферную ЕдУ, как миленький!

Поэтому справедливо сказать, что национализмов много. Например, любой из критикуемых Эль Мюридом в конкретной ситуации националистов принадлежит только одному из возможных течений, а обобщать на весь национализм недостатки только отдельных его подвидов, например, приписывать идею измерения черепов – грубейшая ошибка, если не вообще подлог. Те же Крылов и Просвирнин, будучи соратниками Эль Мюрида по «Комитету 25 января», представляют только одну из националистических фракций, правда, самую известную в московской тусовке.

Вот Эль Мюрид продолжает свою критику национализма:

«Мне неясна концепция борьбы за права русского народа в интерпретации националистов. Два вопроса – кого именно они считают русским и кто именно и по какой процедуре будет определять русскость. В каком процентном отношении нерусскость еще будет допустима, а в каком – уже полный харам? "Комиссия по русскости" придет к Вагиту Юсуфовичу и потребует, чтобы в руководстве Лукойла 80% составляли русские? Ну так Вагит Юсуфович произнесет известную фразу: "В своем штабе Я определяю, кто в нем еврей (зачеркнуто) русский (подчеркнуто)". После чего "комиссия" извинится и тихо испарится. А куда она денется? Она ведь отрицает классовый подход по причине его "совковости", а потому будет извиняться и каяться, что побеспокоила уважаемых людей».

Как видим, автор снова скатился на любимый ему классовый подход, но вопрос, хоть и жутко неоригинален, в первом приближении правомерен. До ответа автор мог бы дойти и сам, если бы хоть немного ознакомился со спорами по проблеме идентичности.

Во-первых, общего для всех националистов ответа нет. Конкурируют несколько проектов. Даже у нынешней власти РФ есть свой проект идентичности – сформировать эрэфянскую нацию из граждан РФ, готовых признать свою общность по главному признаку подчинения Кремлю и непризнания зарубежных русских своими, утверждение в качестве национальных идей подлости и предательства ради текущего потребительского комфорта. Такой же проект национальной идентичности, основанной на гражданстве РФ, у самого Эль Мюрида, только он за другую власть в Кремле и насаждение идей социальной справедливости.

У Крылова и Просвирнина идентичность основана на кровном и культурном родстве русского населения РФ, на интересы которого и должно перестроиться российское государство через демократические механизмы, автоматически учитывающие волю национального большинства. Правда, до ума свою концепцию они так и не довели, ни в части чётких критериев идентифицирования (либо заявления о недостижимости таковых), ни в части понимания, что демократические механизмы не трансформируют автоматически интересы национального большинства в их соблюдение госвластью (нужен кто-то, кто эти интересы формулирует, пропагандирует и проводит в жизнь).

Собственное мнение об идентичности, которую нужно сформировать в большой России, я высказал здесь: русскому народу нужна идентичность, историко-мифологически опирающаяся на кровное родство, но ставшая теперь культурной, построенной вокруг идеи русского империализма, включающей расширительное толкование русскости в некоторых контекстах и возможность гибкости, двойной идентичности для малых народов, входящих в империю.

Во-вторых, надо сказать, что подковырка Эль Мюрида про комиссию в правление «Лукойла» тоже не слишком добросовестна. Если взять программу той же НДП, то в ней не предусмотрено рассылки подобных комиссий. Ограничение инокультурного вторжения в русские города, которого чаще всего требует эта и другие фракции националистов, требует не комиссий в «Лукойл», а мер другого рода. Часто националистические программы направлены на формирование компонентов идентичности и достижение положительного результата для своей нации в комплексе: например, ограничение внешней иммиграции приведёт к «устаканиванию» и гомогенизации общества, а заодно – к уменьшению вторжения чужеродных культур.

Вот это очень важный момент. Всё-таки, обществоведение – не математика, и не всё там доводится до чётких критериев и водоразделов, как в точных науках. Например, Эль Мюрид не давал и не даёт чёткого ответа, кого именно он считает украинцем, до сих пор не сформировал теневую комиссию, определяющую степень украинскости экзаменующегося человека, и не снабдил её методическими указаниями. Однако это не мешает ему выдвигать укронационалистическую программу единой суверенной проукраинской Украины.

Тем не менее, в отношении русского национализма он прибегает к старой левацкой «подколке»: «А вот кто у вас русские? А! Не можете определить». Фактически, он взял краниометр в руки и критикует Крылова и Просвирнина за то, что они до сих пор не предъявили истинно русских пропорций черепа!



Манипуляционная подоплёка этого приёма станет ясна в тот момент, когда мы задумаемся, для чего в данном контексте требуется измерять черепа и определять, является ли тот или иной человек русским. Дело в том, что в предложениях Крылова и Просвирнина нет пункта о черепомерной комиссии в дирекции «Лукойла». Если бы их предложения включали такую комиссию, то тогда да, было бы уместно затребовать у них методичку по измерению черепов. Но «национально-ориентированная» программа Крылова и Просвирнина ограничивается вегетарианскими идеями о визовом режиме со Средней Азией, ликвидации национальных автономий и совершенствованием демократических институтов. Мне их программа не нравится, но не в этом суть. Дело в том, что её реализация не требует чёткого критерия, когда того или иного человека можно считать русским, а когда нет. Они построили расплывчатую теорию русской идентичности, ограничившись зыбкими критериями русскости, из этой теории вывели минимальный набор предложений, не требующих более чётких критериев, и всё.

Лично я считаю, что работу, связанную с исследованием и конструированием русской идентичности, идеологи НДП так и не довели до ума, но в контексте тех куцых предложений, которые выдвигаются ими относительно решения русского национального вопроса, детализировать идентичность дальше необязательно. Я с ними не согласен ни в части их предложений, ни в части их детализации идентичности, но признаю логику. Это их право. Но А. Несмиян такого права не признаёт и с ножом к горлу требует методички для краниометрической комиссии! И кто тут больший нацист?

В общем, программы русских националистов не обязательно должны со стопроцентной достоверностью устанавливать факт принадлежности каждого человека к русской нации – их надо рассматривать в комплексе с предложениями конкретного националистического течения по изменению государственной политики. Иногда из этих предложений видно, что их реализация будет (или не будет) благом для нации даже в том зыбком, нечётком понимании последней, которое предложили конкретные националисты. Значит, более чёткой русской идентичности в контексте этих конкретных предложений прорабатывать и не нужно. Именно это мы наблюдаем в случае с проукраинской Украиной, обязательно единой и отдельной от России, в предложениях самого Эль Мюрида. И так ясно, что Иванов из Харькова при реализации его программы будет воевать за буферную ЕдУ, как миленький, по признаку гражданской принадлежности, и никакой комиссии не понадобится.

Вот если мы начнём рассматривать программу «радикально националистической» фракции К25 в прежнем составе, то там и в самом деле «трэш и угар», но, к сожалению, им-то автор посвятил слишком мало внимания, потому что у самого не менее «угарный и трэшевый» комплекс предложений. Предъявить нацдемам фундаментальные упрёки по сути вроде неприятия ирреденты или эрефянства – на это у Эль Мюрида не хватит духу, а вот воспроизвести в который раз недалёкий упрёк про несоставление краниометрических таблиц – это всегда пожалуйста.

(Другое дело, что и нацдемы тоже «хороши». На чисто манипуляционную претензию об отсутствии чётких критерий русскости Крылов в своё время дал не менее манипуляционный ответ, который, конечно, неплох с пропагандистской точки зрения, но так и не разъяснил неверность претензии по сути. Это можно разъяснить только в том случае, если научиться оценивать вопросы с учётом контекста, т.е. с учётом того, для чего именно нужен ответ. Ведь, в зависимости от приложения, ответ может быть разным или быть детализированным в разной степени. Боюсь, что неспособность полноценно ответить на некоторые подковырки свидетельствует о недостаточном понимании проблемы самими националистами.)

На чисто эмоциональном уровне я, конечно, понимаю неприятие А. Несмияном национализма, ставшее следствием непродуманных конкретных идей, которые пекутся в националистической среде, как пирожки в рыночной забегаловке, но он выплеснул с водой и ребёнка. За прошедшие годы можно было бы успокоиться и попытаться отделить зёрна от плевел. Так же, как из бредовых призывов левых популистов не следует неправильность самой по себе постановки социальных проблем, так и из ерундовых предложений националистов из К25 не следует несуществование национальной проблемы у русских.

Неудивительно, что при настолько полном непонимании национализма автор выдаёт на гора заключение:

«Идея националистов "русских все обижают, их нужно защищать" ущербна в своей основе. Ущербна, во-первых, потому, что в защите нуждается только слабый, причем хронически слабый. Инвалид, не способный постоять за себя. И, во-вторых, защищает слабого всегда сильный. Кто, по мнению русских националистов, настолько силен, что способен защитить хронически больной и инвалидный русский народ? Хотелось бы в этом месте поподробнее.

А ответ на самом деле гораздо более прост: концепция "русских обижают" неверна в принципе, но тогда в чем профит националистов? Кому они в таком случае будут нужны? Поэтому шизофреническая установка и продолжает существовать, как оправдание горьких стенаний за судьбу глубоко ущербного и несчастного обижаемого всеми русского народа. И только националисты знают, где выход. Ага.

Отсюда вопрос – если концепция национализма чрезвычайно узка и неприемлема за пределами своей области определения, то каков правильный ответ?»


Постановка вопроса автором, как и предложенный им ответ, – совершенно манипуляционны. Некорректно проводить аналогию народа с субъектом-индивидом. Защита народом своих интересов должна включать их формулирование кем-то, принятие организованных мер и т.д. – националисты предлагают это делать через национальное государство, которое (со всеми его институтами) и будет защищать свой народ. Почему Эль-Мюрид не предложит разогнать армию, раз сильному народу защита не нужна? Давайте просто применим его логику к двум конкретным ситуациям:

«Идея "русских в дудаевской Чечне обижали, их нужно было защитить" ущербна в своей основе. Ущербна, во-первых, потому, что в защите нуждается только слабый, причем хронически слабый. Инвалид, не способный постоять за себя. И, во-вторых, защищает слабого всегда сильный. Кто, по мнению радетелей за вмешательство, был настолько силён, что способен защитить хронически больной и инвалидный русский народ Чечни? Хотелось бы в этом месте поподробнее».

Или так:

«Идея "русских на Донбассе обижают, их нужно защитить" ущербна в своей основе. Ущербна, во-первых, потому, что в защите нуждается только слабый, причем хронически слабый. Инвалид, не способный постоять за себя. И, во-вторых, защищает слабого всегда сильный. Кто, по мнению радетелей за вмешательство на Украину, был настолько силён, что способен защитить хронически больной и инвалидный народ Донбасса? Хотелось бы в этом месте поподробнее».

И наконец:

«Концепция "рабочих, которым не выплатили положенную по контракту зарплату, обижают, их надо защитить" ущербна в своей основе. Ущербна, во-первых, потому, что в защите нуждается только слабый, причем хронически слабый. Инвалид, не способный постоять за себя. Инвалидности у рабочих нет – пусть разбираются с работодателями. И, во-вторых, защищает слабого всегда сильный. Кто, по мнению радетелей за вмешательство в судьбу рабочих, настолько силён, что способен защитить хронически больных и инвалидных рабочих? Хотелось бы в этом месте поподробнее».

Ну и так далее: демагогические приёмы тем и хороши, что неплохо давят на эмоции в любой ситуации и применимы универсально. В общем, лозунг «сами, всё сами» применён А. Несмияном в отношении пусть большого, но неорганизованного народа, не имеющего в своём неорганизованном состоянии никакого оружия для защиты. Идею же о том, что народ должен организоваться, создать своё государство и через него решить национальные проблемы (что и предлагают разные националисты), он отвергает.

Однако автор не даёт читателю передохнуть и подсовывает торопливый вывод: «концепция "русских обижают" неверна в принципе». Вот не изгнали русских из Чечни, не убивает никто дончан, не уничтожают русский язык на Украине. Это всё кажется.

В чём главный обман обоих текстов Эль Мюрида? В том, что русским он навязывает тезис «нет ни эллина, ни иудея – только классы». Он вообще отвергает существование собственно русских национальных проблем, подменяя всё социально-экономическими проблемами. При этом его абсолютно не волнует тот факт, что действительность прямо-таки вопиёт о собственно русских проблемах. То, что русских практически изгнали не только из Закавказья и Средней Азии, но и из Чечни, формально находящейся на территории РФ, – это проблема не социальная, а национальная. Как именно её решать – другой вопрос, но сама постановка проблемы и желание её преодолеть никак не следуют из соображений социальной справедливости, на которую упирает Эль Мюрид. То, что бесконтрольная миграция из-за рубежа и взрывное перемещение населения внутри РФ нарушили культурный баланс и образ жизни в русских городах, – это проблема национальная, а не социальная, пусть даже и решить её во многом можно социально-экономическими мерами. Наконец, то, что русских на Донбассе убивают, русскую культуру на Украине целенаправленно вытесняют, русские люди не могут обучить своих детей на русском языке – это не просто национальная проблема, а это экзистенциальная угроза для огромной части русского народа, за которой – небытие. Но и эту проблему Эль Мюрид отказывается признать в качестве национальной, а вот право Украины консолидировать контроль над всей территорией и действовать там без оглядки на русские интересы – это для него святое. Некоторые комментаторы из-за этого даже называют А. Несмияна русофобом. Это, конечно, не так, потому что Эль Мюрид не боится и не ненавидит русских. Он просто к ним равнодушен, русская тема ему была и будет до лампочки. К украинской – да, неравнодушен, поэтому и выступает за торжество украинского национализма.

Неудивительно, что даже националистические потуги нынешних окраин РФ автор представляет как ответ на социально-экономическую деградацию, средство давления на центр. Вот ему задают вопрос:

«А всякие проблемы с преподаванием русского языка [в Татарстане], бывая там, я слышал о них от разных людей? Это тоже какое-то средство давления на Москву?»

Эль-Мюрид отвечает:

«Это дань местным националистам, подкормка. Ну, и создание местной идентичности, естественно. В условиях коллапсирующей страны вполне разумно создавать собственный резерв.

Как раз про это я нашим националистам и пытаюсь втолковать – причины, по которым они профессионально камлают за русских, лежат прямо перпендикулярно их идеям. Рост самосознания и консолидации национальных окраин происходит в ответ на деградацию общей обстановки. Рецепт – в ликвидации негодного режима и замены его на социально мягкую модель. Тогда пропадает необходимость в самозащите, которая, естественно, идет по пути архаизации и консолидации вокруг архетипичных смыслов типа нацистроительства.

Позиция националистов прямо противоположна – ответим на местный сепаратизм и засилье "черных" консолидацией русского народа. В ответ на их забор построим свой собственный. Бетонный. Это и есть путь к развалу страны – причем очень быстрый. В этом смысле Просвирнин работает строго в интересах олигархов – на разделение народа и распад страны. Глупую паству он окормляет идеями про воссоединение, но в реальности все строго наоборот.

Я просто знаю, что говорю – националисты всегда объектны. Они работают в чужих для нашего народа интересах и в конечном итоге – на его ослабление и уничтожение. Нет худшего врага для русского народа, чем профессиональные русские в связке с олигархами, бандитами и периферийными нациками. Им ближе по идеологии батальон "Азов", чем русский народ, вот в чем закавыка.

ПС. При этом "стихийные" националисты вполне вменяемы и нормальны как люди. У нас есть, скажем, Русское имперское движение – вполне себе националисты. При этом совершенно вменяемые и нормальные люди, занимаются чистой конкретикой – дружины, спорт, гуманитарка, воевали на Донбассе. У меня с многими из них совершенно нормальные и хорошие отношения – у ребят просто есть свое мнение, но они его не навязывают и живут сами по своим правилам, без фанатизма.

Так что есть существенная разница между профрусскими, для которых это просто бизнес, и людьми с национальным уклоном – эти-то как раз совершенно обычные и нормальные по всем статьям».


Надо сказать, что в этом комментарии автор вернулся от сплошной отфонарщины к излюбленной манипуляционной технологии «сэндвич» и перемежает ложные утверждения правильными. Было бы несправедливо не отметить, где он прав, чем мы сразу и займёмся.

Так, я считаю верным тезис Эль Мюрида о том, что решить ослабления русского влияния в регионах РФ и размывания русских городов пришлыми народами чисто «оборонительными» мерами, через отгораживание невозможно. В современном мире стены будут проницаемы, а слабая культура будет чахнуть. Действовать надо только через экспансию и борьбу. Это касается и среднеазиатских нерусских народов, и внутриэрэфовских. Среднюю Азию целесообразно превратить в экономическую «Мексику для России» – промышленный придаток единого народнохозяйственного комплекса, модернизируя тамошние порядки и инвестируя к взаимной выгоде, способствуя скорейшей урбанизации и построению системы безопасности, чтобы и демографическая обстановка там стабилизировалась, и жизнь лучше стала, а ездить за границу на заработки не пришлось. Будет лучше и русским, и народам Средней Азии. Отгородиться непроходимым барьером, во-первых, скорее всего, технически не получится, во-вторых, неоднозначно с моральной точки зрения, в-третьих, бесполезно ввиду того, что тогда ситуация в этих республиках взорвётся и беженцев будет ещё больше. Внутри же РФ следует решать проблему через распространение по всей территории русской культуры и русских порядков, опирающуюся на развитие, а не просто ограничения на передвижение и сбрасывание нацреспублик с бюджета. Прав Эль-Мюрид и в том, что современный режим РФ заведомо не сможет решить ни одну, ни другую задачу, и мы вынуждены сейчас констатировать неумолимое приближение катастрофы.

В то же время, прямым обманом является тезис «Рост самосознания и консолидации национальных окраин происходит в ответ на деградацию общей обстановки». Нет, неправда: рост самосознания происходит, в первую очередь, в результате целенаправленной (нерусской) националистической политики власти в этих окраинах, включающей стремление к превращению собственной национальной идентичности в доминирующую и обособление от русского поля, а также отсутствия адекватного ответа с русской стороны. Раскармливание национальных автономий в советское время и сейчас, процветание Украины в быстро развивающемся Советском Союзе не привело к снижению их национального самосознания, а тоже его подталкивало! И опять мы наблюдаем, что очки Эль Мюрида в принципе не дают ему увидеть те аспекты явлений, которые связаны с русской национальной проблематикой. Как Вовочка о женщинах при виде кирпича, даже в очевидном случае с притеснениями русского языка в Татарстане Эль Мюрид думает о социально-экономических проблемах. Кстати, в какой-то степени слова о деградации и верны, но в другом плане. Рост национального самосознания окраин – это и ответ на деградацию русской культуры, той самой цивилизационной усталости русского народа, о которой мы говорили раньше. Мало кто захочет ассоциировать себя с культурой, пребывающей в очевидном упадке, и народом, не способным защитить ни свою культуру, ни себя, ни своих союзников. Но решение её – не социально-экономическое.

Проблема подавления русского языка и русской культуры на русских землях действительно существует, и она имеет именно национальное измерение. Эль Мюриду следовало признать её существование и сосредоточиться на критике националистов из К25 за то, как они предлагают её решить. Но не обрушиваться с нападками на национализм как таковой, потому что именно националистическая идеология позволяет поставить саму по себе проблему, а не «общечеловеческие ценности», абстрактные права человека и прочая левацкая белиберда.

Ну а далее в комментариях у автора прорывается его истинное отношение к националистам. Хорошо, пока они охраняют порядок в ДНД, занимаются спортом и гумпомощью, воюют на Донбассе, но плохо, когда они подрывают его, Эль Мюрида, идеологическую гегемонию в питерском дискуссионном отделении К25, претендуют на постановку национальной проблемы и выдвижение политических предложений. Всяк сверчок, знай свой шесток!

Наконец, своеобразным пересыпанием земли поверженного противника солью, дабы там ничего не возродилось и не выросло, стала ещё одна статья Эль Мюрида, в которой наряду с издевательской интерпретацией пребывания Просвирнина в К25 читателю скармливают изрядную дозу отворотного зелья, чтобы и думать не смел о постановке национальных проблем русского народа. Правда, перед тем как переходить к смакованию победы, автор делает два характерных заявления относительно политической стратегии Комитета. Во-первых, он признаёт изначальную несовместимость вошедших туда деятелей, делающую невозможным любой совместный политический проект. Во-вторых, говорит о необходимости, не объединяясь в политическую организацию, в формате дискуссионного клуба выработать видение послекатастрофного будущего, приемлемого для большинства населения. (К сожалению, автор то ли не задумался, как можно вырабатывать видение будущего в компании несовместимых людей, придерживающихся противоположных целей, то ли сознательно рассчитывал, что дискуссии приобретут неконструктивный характер, в которых победит не носитель истины, а самый талантливый демагог.) Неудачи же Комитета Эль Мюрид свалил на «националистов, взнуздавших процесс и развернувших его в сторону горестных страданий за судьбу русского народа». Для пущей верности уничижительный отзыв о «страданиях за русский народ» повторяется целых три раза.

Завершив же артподготовку, автор переходит к основному антинационалистическому выверту, в котором нехитрая логическая цепочка вплотную подводит некритично настроенного читателя к абсолютно бредовому выводу. Подведя сначала читателя к отождествлению всего национализма с Е. Просвирниным и его СиПом, Эль Мюрид продолжает успешным противопоставлением молодёжной аудитории СиПа и «суровых ополченцев» (как будто СиП к ополченцам не имел в 2014 г. ну никакого отношения):

«Здесь с Егором и произошла ошибка – суровые ополченцы были по своему социальному происхождению в основном парнями с окраин, для которых весь этот модно-хипстерский стиль был чужд и не особо интересен. Нра Егору или не нра классовый и социальный подход, но его проект не заточен на другие социальные группы, а потому прирасти аудиторией за пределами своей экосистемы не способен. С остальными талантливыми теоретиками идей нацвозрождения история повторилась – их аудитория слишком интеллигентна, на неё и рассчитаны сложные многоуровневые тексты. Опускаться на уровень простолюдинов было слишком зазорно».

В чём тут допущена подмена? Ну, во-первых, проблема доходчивости текстов для широкой публики (видимо, последние два предложения цитаты – подколка в адрес «Политпрогноза»), то есть вопрос о технологиях пропаганды и доступных для этого ресурсов, – это не то же самое, что проблема их истинности. Постановка национальной проблематики может быть верной, но плохо сформулированной и непонятной массам. А во-вторых, дело не в том, кто что читал. Дело в том, что ополченцы вставали за русский язык и свою русскую идентичность, как они её понимали. А не за социальные блага и всё такое, как это пытается представить Эль Мюрид. И даже те, кто не читал СиП 2014 года, быстро узнавали о нём, потому что он входил в резонанс с их настроем. Донбасс поднимался не «против олигархов», а за конкретную цель присоединения к России. Пусть даже и ошибался, потому что не знал, что России давно нет, а Эрэфия хочет воспользоваться им как буфером. Лёгким движением руки читатель подведён к мысли, что никакой национальной идеи в новороссийском восстании не было, ведь ополченцы слишком интеллигентные тексты не читали.

И вот, прикрикнув националистам «ополчение – не ваша поляна», Эль Мюрид плавненько подводит читателя к без пяти минут финальному выводу:

«Так и остаётся запрос на тех, кто сформулирует образ будущего, понятного и важного для большей части народа, а не для избранной его части».

Поскольку в этом и предыдущих текстах сделано всё, чтобы вылить на национализм как таковой максимальное количество грязи, запретить даже думать о национальных проблемах русского народа (ну нету их, только кажется!), то вывод напрашивается. Надо отталкиваться от социальной повестки дня и соображений справедливости, принять идеологическую гегемонию Эль Мюрида и сделать левоцентристское движение, которое придёт к власти после падения Путина, обеспечит гарантии отдельной Украине и займётся «сосредотачиванием» на следующие двадцать лет. В качестве неизбывной мульки для обсасывания в дискуссиях ставший во главе процесса украинский националист подкинет взятую с Майдана универсальную тему борьбы с олигархами, из-за которых будто бы разгорелась война, а так обошлось бы чинно и благородно.

/Окончание следует./

(Текст на "Политпрогнозе")

Tags: К25/01, Партия Тонкого Слива, идеология, политология
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 60 comments