miguel_kud (miguel_kud) wrote,
miguel_kud
miguel_kud

Category:

Псевдоправославно-чекистский альянс. 6

/Продолжение. Оглавление здесь./


6. Инструменты росструктур на Украине к 2013 году

Говоря об истоках украинского кризиса, разразившегося в 2013 году, следует предостеречь от методологической ошибки, заключённой в понятии «государственная политика РФ на Украине». Неадекватность этого словосочетания станет очевидной, как только мы примем во внимание, что государственная власть РФ на высшем уровне – это конгломерат представителей ПЧА, БГС и менее значимых сил, которые нам пока не видны ввиду ограниченности наших инструментов и влиянием которых мы пренебрежём, поскольку их подключение здесь избыточно. Соответственно, любая государственная политика есть результат действия этих двух сил. Однако в случае с Украиной эти две силы действовали, если можно так сказать, в разных измерениях, не пересекаясь друг с другом.

Связано это с тем, что для БГС не существует русских и русской проблемы. Не существует в самом банальном, когнитивном смысле: они их просто не видят. Они живут в мире нефтегазовых гешефтов и возможностей что-то урвать на приватизации из реальной экономики. Поэтому проблемой русских на Украине представители БГС никогда бы не стали заниматься даже под принуждением: наверное, они и сейчас не в курсе о её существовании. Люди этого склада советуют через губу: «ну выучите украинский, в чём проблема?» Соответственно, их не волновала возможность влиять на украинское общество через «мягкую силу» и другие тонкие материи.

С другой стороны, для представителей ПЧА не существует гешефтов реальной экономики и первичной приватизации: благополучие их крупного бизнеса зиждется на госзаказах либо рейдерском переделе уже функционирующих частных предприятий. Они неспособны организовать добычу газа и постройку трубопровода (даже плохо и дорого), но зато в их голове остаётся пространство для национально-религиозного фактора, когда его можно использовать в своих целях. Злые языки поговаривают, что Якунин спихнул всю работу по управлению РЖД на заместителей, а сам весь рабочий день распространялся про духовность и геополитику. Точно так же рогозинские ракеты падают и падают, а экономический эффект чубайсовых нанотехнологий ощущают только авторы сайта «Сделаноунас», но патриотической риторики от Рогозина и Чубайса – хоть отбавляй.

Ситуация с распределением полномочий между ПЧА и БГС во власти РФ была очень похожа на Украину 90-х и 2000-х. С одной стороны, восточноукраинским промышленникам была до лампочки гуманитарная сфера, но их интересовали гешефты первичной приватизации и реальной экономики, в которых они худо-бедно разбирались. Свидомая интеллигенция и лидеры-западенцы были физически не способны обеспечить функционирование реальной экономики, но зато питали повышенный интерес к гуманитарной сфере.

Для украинской госполитики это привело к тому, что гуманитарная сфера была отдана на откуп западенцам и свидомой интеллигенции, получавшим финансирование из бюджета и западных грантов, а восточноевропейские промышленники занялись гешефтами, пока их не «построил» политический класс, выращенный свидомой интеллигенцией в западенском духе.

Для политики РФ на Украине аналогичная разница в интересах между ПЧА и БГС привела к тому, что вся сфера воздействия на Украину через «мягкую силу» находилась исключительно в руках у ПЧА. Это его представители занимались отношениями с русскими соотечественниками и вообще национально-религиозной проблематикой. БГС тем временем обтяпывал со своими партнёрами газовые гешефты и ссорился с ними из-за денег, пока не столкнулся с клубком неразрешимых внешнеполитических проблем, спровоцированных «православными чекистами». И только в тех случаях, когда интересы ПЧА и БГС пересекались, например, когда газовые войны с Украиной совпадали по времени с торгом по стратегическим вопросам, можно говорить о взаимодействии двух сил.

По этой причине вся система, пусть и скудных, но всё же существовавших грантов РФ, выделяемых для Украины, была в руках ПЧАшников типа Затулина, а вся система информационного влияния, ориентированная на зарубежных русских, реализовывалась через ПЧАшные проекты типа ИА REX. «Нейтральное» к ПЧА и БГС российское государство как таковое этим не занималось, если не считать праздничные посиделки в российском посольстве, но даже там были агенты ПЧА, которые «вели» радикально настроенных русских.

В результате блок договорённостей по газу и прочим формализованным межгосударственным отношениям между РФ и Украиной действительно следует рассматривать как продукт влияния, главным образом, БГС, зато конфигурация в гуманитарном пространстве с русской стороны – это плод деятельности ПЧА и местной специфики. Конечно, существовали местные маргиналы-самоделкины, которые делали всё на свои деньги и по своей инициативе, но их медийность осталась невысокой.

Заметим, что во внутренней политике РФ ситуация обстоит очень похожим образом. Поскольку русской проблемы и патриотизма для БГС не существует, то он ими не занимается. Русскую тему во внутренней политике, как и патриотический дискурс, оседлал ПЧА, который эти реалии хотя бы видит и осознаёт.

* * *

Чего на Украине к 2013 г. добился своими действиями БГС, мы более или менее знаем. Общая тенденция на уход Украины из Русского мира только подгонялась разрывом экономических связей и чередой газовых войн, которые (как видно постфактум) велись не ради закрепления Украины в Русском мире, а ради максимизации доходов менеджеров и подрядчиков «Газпрома».

Возможности же ПЧА по воздействию на общественно-политическую атмосферу Украины были ограничены как скудостью ресурсов, так и неумением ими пользоваться. Причиной были не только коррумпированность задействованных схем и полная несостоятельность тёмных личностей вроде Затулина, руководивших процессом, но и отсутствие вменяемой цели деятельности и понимания задействованных средств. Политика Запада в отношении Украины преследовала осязаемые цели – постоянно увеличивать отрыв Украины от русской цивилизации и всякий раз институционально закреплять достигнутое через необратимые либо с трудом обратимые шаги. К таковым следует отнести изменение образовательных программ, поворот мотивационных установок элиты, перенаправление ценностных норм, фиксацию достигнутых успехов через юридические ограничения на поведение элит и дальнейшую государственную политику. Например, такие ограничения накладывает подписанное Украиной с ЕС Соглашение об ассоциации. «Мягкая сила» Запада – это не только система грантов для кучи организаций, что-то там вещающих и отчитывающихся о потраченных средствах. Известный толкователь Олег Насобин как-то привёл следующие составляющие влияния Франции на зависимые страны, которые также можно назвать составляющими «мягкой силы» в общем случае:

  • Бабло;

  • Крыша;

  • Статус;

  • Карьера.

Нет нужды говорить, что все четыре составляющие были в «мягкой силе» Запада на Украине, в то время как ПЧАшники думали, что всё сводится к системе грантов, и пытались что-то организовать только через них.

Если же посмотреть на цели воздействия «мягкой силы», то тут положение станет и вовсе аховым. В то время как Запад ставил и добивался конкретных осязаемых целей и закреплял их, например, продвинув Ющенко в президентское кресло, ПЧА даже на уровне целей обычно не выдвигал ничего большего, чем сохранение статус-кво. Поддерживал ли он кампании по недопущению сближения с НАТО или критику «празднования» голодомора, это всегда был оборонительный ответ на повестку дня, заданную мягкой силой Запада.

Упрёк в реактивности касается не только тактики, но и стратегии. Русской стороне не дали никакой положительной цели, ради которой надо было работать, которая бы вызывала воодушевление. Предел мечтаний – чтобы всё осталось, как есть, сохранить существующий уровень интегрированности. Но за сохранение существующего не пойми чего никто бы палец о палец не ударил бы!

Неудивительно, что к 2013 году конфигурация политической системы Украины подталкивала любую власть к евроинтеграции любой ценой. Без евроинтеграции уже не мыслила себя влиятельная часть общества – политический класс, столичная интеллигенция, столичное же студенчество, лёгкие на подъём люмпены-западенцы, направляемые главенствующими СМИ. Сложившиеся бизнес-схемы и зависимость большинства крупнейших собственников от интересов на Западе (при невозможности или отказе от аналогичного давления на них со стороны РФ) привели к тому, что и бизнес-класс, причём не только олигархический, но также мелкий и средний, склонялся к евроинтеграции. Существовавшее на тот момент законодательство фиксировало евроинтеграционный курс даже формально.

И несмотря на то, что арифметического большинства населения у сторонников евроинтеграции любой ценой не было (согласно результатам опросов, число сторонников евроинтеграции, готовых за это заплатить разрывом с РФ, составляло около четверти), вся система устоявшихся институциональных ограничений просто не дала бы никакому руководству Украины развернуться на Восток без коренного слома институтов и глубокого кризиса государства, которое в случае такого разворота пришлось бы во многом выстраивать заново, идя на немалые потери и жертвы. Требовалось в ускоренном порядке «отмотать» весь тот путь, который был пройден за почти сотню лет становления украинской отдельности. Нужно было сменить госаппарат в центре и наиболее «зараженных» регионах, радикально почистить гуманитарную интеллигенцию и масс-медиа, обновив их русскими кадрами, переписать школьные и вузовские программы, прекратить искусственное, насаждение мовы и десакрализовать пантеон укросимволов, насадить идеологию общерусской идентичности. И всё это – в условиях активного противодействия Запада, который, конечно же, не отпустил бы просто так забираемую у него добычу и наверняка устроил бы вакханалию, опираясь на свидомый госаппарат в центре и заражённых регионах, гуманитарную интеллигенцию и масс-медиа, возведённый в абсолют пантеон укрогероев и т.д.

Если кто-то всерьёз хотел развернуть Украину, то либо нужно было быть готовым пройти весь путь до конца, либо нечего было и начинать это гиблое дело.

* * *

Действительно ли планируемая ассоциация стала бы «цивилизационной катастрофой», которую пророчили рупоры ПЧА? Не преувеличены ли были страхи?

Скажем так, с точки зрения русских интересов это было бы очередное тяжёлое поражение, заключающееся в дальнейшем институциональном закреплении дрейфа Украины на Запад с помощью нового трудно обратимого шага. Украина действительно лишалась по этому соглашению своего суверенитета, поскольку отдавала ЕС многие полномочия своих государственных органов, обязывалась перейти на стандарты и техрегламенты, в выработке которых не принимала участие, притом что такой переход отдалял её экономику от РФ. После переходного периода отказ от евроассоциации с целью интегрироваться с РФ потребовал бы вновь нести немалые издержки – таким образом, реализованное Cоглашение об ассоциации создавало дополнительный барьер на возвращении Украины в Россию. Усиление контактов Украины с Западной Европой при одновременном ослаблении контактов с РФ, которое тоже следовало бы за реализацией соглашения, создавало бы уже культурный и политический барьер на воссоединении русских земель.

Однако по значимости Соглашение об ассоциации существенно уступает образованию УССР, провозглашению и признанию независимости Украины, избранию очередного «свидомого» президента, насаждению антироссийской идеологии молодому поколению, изгнанию русского языка, подавлению общерусской идентичности и ряду других шагов. На их фоне это и правда было «техническое соглашение», закрепляющее многолетнюю подготовку к евроассоциации – как через переговоры с ЕС, так и через разрыв хозяйственных связей с РФ и «перепрошивку» общества под «евростандарты».

Конечно, в идеале для сохранения Украины в Русском мире евроассоциацию неплохо было бы предотвратить, но не ради спасения статус-кво, которое никого не могло привлечь, а ради воссоединения, включающего демонтаж всех предыдущих институциональных закреплений украинской отдельности. По-хорошему, над этим надо было работать заранее и многие годы, а если уж запоздало спохватились в последний момент, то принимая все негативные последствия разворота на полной скорости и будучи готовым идти до конца, быстро и решительно добиваясь окончательного результата и его институционального закрепления. Дальнейшее затягивание «балансирования» между РФ и Европой только укрепляло украинство.

Однако идти до конца никто из зачинщиков кампании против евроассоциации не планировал. Дальнейшее комфортное процветание Баранчика, Глазьева, Фролова, Затулина и других героев нашего дальнейшего повествования показывает полное отсутствие ответственности и самоотверженности даже на уровне исполнителей среднего звена. А на более высоком уровне планирования, как теперь становится ясным, никто по-настоящему и не ставил цели разворота Украины. С самого начала планировалось довести дело до столкновения и разрыва.

В этих условиях с точки зрения русских интересов (а не ПЧАшных) попытка ПЧА предотвратить ассоциацию Украины с Евросоюзом в той форме, в которой она была предпринята (и мы это опишем), принесла вред, а не пользу. Да, подписание соглашения об ассоциации с ЕС закрепило бы дрейф Украины на Запад, подорвало бы благосостояние населения, затруднило бы контакты с РФ. Против евроассоциации нужно было, как минимум, возражать, раскрывая её негативные последствия и склоняя на свою сторону общественное мнение. Однако все предсказанные процессы шли бы в довольно вялотекущем мирном режиме, позволяя РФ, задействуя мягкую силу, обратить их вспять при соответствующей воле и должном желании. Благо, негативные прогнозы экономического ущерба Украины от ассоциации с ЕС были, скорее всего, верны, что создало бы поводы для того, чтобы добиться разворота республики.

Но, парадоксальным образом, когда на Украине никого не убивали, пока была возможность открыто выражать прорусские взгляды и выступать за союз с РФ, пока русский язык притесняли ползучими мерами, агенты ПЧА устроили форменную истерику о навсегда уходящем поезде. А сейчас, когда на Донбассе ежедневно гибнут под артобстрелами, когда русских активистов на оккупированной территории просто убивают, когда выражать симпатии к России нельзя, когда русский язык всё больше притесняют, они же советуют «не истерить» и потерпеть десятки лет, пока не сработает «хитрый план». Ни Баранчик, ни Глазьев, ни Фролов, ни Затулин не бросились на амбразуру, не протестуют против предательства русских Украины, но остались на тёплых местах.

В результате Украина всё равно подписала Соглашение об ассоциации, но в намного худших для русских интересов условиях. Соглашения были подписаны со скандалом: уже после того, как запущенная с обеих сторон истерия 2013 г. превратила подписание соглашения в символический акт окончательного разрыва с Россией. А устроенная затем война закрепила именно такое символическое значение подписанного договора, «сакрализовала» его пролитой кровью и умножила те преграды, которые лежат на пути возвращения Украины в русскую цивилизацию.

* * *

Поговорим теперь об общеизвестных ключевых точках в деле «интеграции Украины в Европу». В первые десятилетие-полтора сепаратного плавания украинское руководство балансировало между Востоком и Западом, придерживаясь не столько европейского курса как такового, сколько закрепления отдельности от России, которое позволяло получать гешефты и упрочивало положение украинской элиты. Как заметили в 2001 г. И. Гужва и Р. Манекин, внешняя политика как таковая нужна была всем режимам СНГ только для того, чтобы обезопасить свою власть от внешних вызовов. Однако, ввиду описанного выше распределения интересов между восточными промышленниками и западными гуманитариями, а также ввиду целенаправленного воздействия мягкой силы Запада ситуация постепенно менялась. Кроме того, сами украинские власти – и при Ющенко, и при Януковиче – подыграли в меру сил «проевропейскому» дискурсу, поскольку это позволяло пообещать простоватой части избирателей приобщение к Европе, а с ним и якобы автоматическое улучшение жизни, в полном соответствии с красивыми картинками из-за границы.

Вялотекущие переговоры по Соглашению об ассоциации (СА) начались в 2007 г., а по Зоне свободной торговли с СНГ (ЗСТ) – в 2008 г., после вступление в ВТО. В 2010 г. Янукович провёл несколько успешных визитов в Европу, и всё шло к тому, что СА должно было быть подписано в конце 2011 – начале 2012 гг. без особых проблем. Москва на тот момент вообще никак публично не реагировала на происходящее. Поскольку процесс оформления Таможенного союза (ТС) шёл ни шатко, ни валко, в РФ возобладала теория разноскоростной интеграции, навязанная юргенсовским ИНСОРом, и в отношении Украины вместо ТС на первый план вышла ЗСТ СНГ. Свидомиты говорили тогда, что надо успеть подписать СА до ЗСТ СНГ, чтобы Москва не смогла выдвинуть условий.

Этому «благостному» процессу помешала посадка непокорной Юлии Тимошенко, преследование которой было начато в мае 2010 г. по инициативе Азарова, нанявшего две не связанные с правительством США сомнительные американские фирмы, которые должны были провести аудит деятельности Кабмина Тимошенко и найти нарушения. Однако с поручением они нормально не справились, и выявленные ими нарушения, хотя и позволили Генпрокуратуре Украины (ГПУ) выдвинуть обвинения зимой 2010-2011 г., не сулили судебной перспективы. В мае 2011 г. Тимошенко пытались арестовать, но к зданию ГПУ съехались послы стран Евросоюза, и после ряда звонков европейских руководителей Януковичу её отпустили. 24 июня 2012 г. ГПУ выдвигает Тимошенко новые обвинения, на этот раз – по газовой сделке 2009 г., подписанной по её распоряжению. Надо признать, что сделка действительно носила довольно кабальный для Украины характер, однако переговорное положение украинского правительства в момент подписания едва ли позволяло рассчитывать на лучший результат.

По сведениям самой Тимошенко, будущий приговор по её делу был согласован на сходке Януковича, Хорошковского, Лёвочкина, Портнова и Отроша (председателя Печерского суда) уже 30 июня 2011 г. (Заметим, Портнов ранее был главным юристом Тимошенко, но спокойно сдал свою патроншу.) 5 августа была изменена мера пресечения – Тимошенко арестовали. Украинский политолог Юрий Романенко заметил по этому поводу: «Ключевым в аресте Тимошенко является не то, что она выводится из игры… а то, что создаются предпосылки для внешнеполитической изоляции режима Януковича».

И действительно, вал возмущения преследованием Тимошенко во всём мире – в США, Европе и РФ, от Маккейна до Медведева, – был таков, что на 12-27 сентября в судебном заседании объявляется перерыв. По общему мнению, режим Януковича настолько испугался конфликта с Евросоюзом, что решил отложить приговор до подписания Ассоциации. Однако Совет Европы принял решение отложить окончательное решение и посмотреть на поведение Украины в деле Тимошенко.

Казалось бы, сложились все предпосылки для освобождения Тимошенко в обмен на более нужный Януковичу договор об Ассоциации. Но 11 октября Тимошенко внезапно выносят жёсткий приговор. Уже 18 октября 2011 года, Евросоюз отложил визит Януковича в Брюссель, и подписание соглашения об ассоциации затормаживается на неопределённый срок. Вечером того же дня на заседания «Совета глав правительств стран СНГ» в Санкт-Петербурге был подписан спешно подготовленный «Договор о зоне свободной торговли стран СНГ», в котором из членов Содружества не участвовали Азербайджан, Узбекистан и Туркменистан. РФ дожимает Януковича летом 2012 года, и Рада ещё до новых выборов ратифицирует ЗСТ СНГ.

Возможно, переговорный процесс с Евросоюзом на этом просто застопорился бы, если бы во второй половине 2011 года в ЕС не председательствовали поляки, которые были твёрдо настроены на то, чтобы завершить переговоры по СА с Украиной. Стремления украинской элиты на Запад никто не отменял, цель евроинтеграции была прописана даже законодательно. Поляки прогнули регионалов на целый ряд торговых и политических уступок в тексте соглашения и формально финализировали текст СА. Однако на его парафирование на камеру с Януковичем на саммите в декабре 2011 года Баррозу тогда не пошёл. В 2012 году СА по-тихому парафируют без камер на уровне министров (сначала политическую часть весной, затем экономическую летом), но препирательство по поводу судьбы Тимошенко продолжается, и подписание стопорится.

С другой стороны, после посадки Тимошенко СА и евроинтеграция становится элементом внутриполитической борьбы на Украине, превращаясь в инструмент свидомитов. Пользуясь уже навязанным на тот момент обществу дискурсом о безальтернативности пути в Европу, против которого не заикались даже регионалы, они навязали зависимой от них части общества конфронтационное представление о том, что СА – это окончательный геополитический выбор, потому что после его подписания Украину уже нельзя будет затащить в ТС (оскорбительно названный ими потом «Таёжным союзом»). И в феврале 2013 г. на саммите Украина-ЕС Баррозу сформулировал последнее предложение Януковичу подписать СА на Вильнюсском саммите после выполнения Украиной ряда условий. В противном случае было обещано вернуться к вопросу не раньше 2016 г., после новых выборов в Европарламент в ЕС и после новых президентских выборов на Украине, когда Януковичу это уже не было политически нужно. Скрепя сердце, регионалы решили подписывать документ, тем более что европейцы согласились на компромисс – отъезд Тимошенко якобы на лечение в Европу без снятия судимости, что позволяло Януковичу держать её на дистанции от украинской политики; соответствующий закон, регулирующий лечение осуждённых за границей, был готов к принятию.

С тем уровнем истерии, который к тому времени развели вокруг СА свидомиты и европейцы, просто техническим соглашением оно бы уже не стало. Это был символ прозападной ориентации – тем более опасный, что он был действенным. Регионалы могли мечтать, что они пропишут в соглашении евростандарты, а с выполнением не торопиться, однако СА включало совершенно иной механизм контроля за укроэлитой. И именно этого добивались свидомиты!

Дальнейшее скатывание Украины к евроассоциации принимало характер безостановочной катастрофы. Хотя Москва попыталась шантажировать Киев протоколом соглашения о ЗСТ СНГ, оставлявшим странам право пересмотреть своё участие в случае серьёзного изменения торговых условий, добилась она только подписания Азаровым статуса наблюдателя в ТС. Европейский курс Украины казался незыблемым.

* * *

Рассмотрим основные рычаги воздействия на Украину, которые в этот момент находились в руках у конгломерата БГС и ПЧА, контролирующего государство РФ.

У БГС среди инструментов была возможность газового шантажа, но полная остановка поставок газа Украине противоречила интересам газового транзита, то есть заставить «Газпром» действительно оставить Украину без газа государственное руководство РФ могло только после победы над БГС. Сам же БГС не был заинтересован в применении этого инструмента. (Поэтому газовый шантаж как был, так и остался ограниченным.) Мало того, активное участие примыкающих к БГС олигархов в приватизации украинской собственности, скорее, усиливало зависимость БГС и, следовательно, РФ от Украины, чем давало БГС и РФ рычаги воздействия на Украину.

У ПЧА же, если он хотел развернуть вектор интеграции Украины с запада на восток, была возможность опереться на массы населения Юго-востока Украины, ещё не распропагандированного в пользу евроинтеграции, но их нужно было организовать. Однако с инструментами организации дело обстояло неважно, так что быстро добиться своей цели напрямую, с прямо и честно декларируемой целью, через организацию многомиллионного движения, превосходящего проукраинские движения, на том этапе, наверное, не получилось бы. Не будут же эти люди кропотливо трудиться над изменением всей структуры общества в течение 25 лет, как это делал Запад! Можно было попробовать спровоцировать коренное изменение ситуации непрямыми спецслужбистскими средствами, через действия подконтрольных или сотрудничающих группировок, часть из которых могла быть как раз наоборот резко русофобской.

К сожалению, мы не можем с достоверностью установить все те политические группировки, которые участвовали в ПЧА или сотрудничали с ним к 2013 году. Украинская политика всегда была «пластилином», в котором структуризация и разделение на отдельные группы весьма условны. Хуже – то, что в спецслужбистских спецоперациях агентами, играющими в пользу организатора провокации, могут невольно стать и люди, разделяющие его политические цели, и люди, желающие прямо противоположного. Одни могут работать по заданию, другие – поддаваться искреннему порыву под давлением окружающих информационных поводов. Спецслужбисты-организаторы разных уровней могут преследовать разные цели, и если в результате их действий что-то не получилось, то это не говорит о провале всей операции. Может быть, они были использованы втёмную организаторами более высокого уровня, которые преследовали совсем другую цель.

Попробуем сначала разобрать общую политическую обстановку того времени на Украине, а потом указать на доказанных агентов ПЧА (вольных или невольных), которые потрудились уже в 2013 году либо ранее.

С начала 90-х годов на Украине совместными усилиями самых разных кукловодов и искренних участников последовательно выстраивалась конфигурация «бандеровцы vs. Антифашисты», обостряющая общее разделение на сторонников западного и восточного направлений интеграции. При этом первая сторона (радикальная бандеровщина) искусственно раздувалась до устрашающих масштабов, в то время как вторая ослаблялась и не смогла приобрести выраженный русский акцент.

Первый лагерь напрямую политически поддерживался Западом и прозападными силами РФ, примыкающими к БГС. Однако даже в нём легко найти следы деятельности ПЧА – речь идёт, в первую очередь, о радикалах, наличие которых повышало степень неопределённости в кризисные моменты и могло развернуть события в любую сторону. Некоторые группировки, причастные к чекистским игрищам ПЧА, находятся на поверхности. Это, в первую очередь, известный «борец за славянскую расу», лектор селигерских молодёжных лагерей, а по основной специальности актёр-провокатор Дмитро Корчинский. «Националист» Юрий Горский, получивший подготовку по противодействию милиции при уличных беспорядках в летнем лагере Евразийского союза молодёжи ещё в 2005 г., будет потом делиться знаниями в лагерях УНА-УНСО на Украине. Намного лучше запрятан факт раскрутки «Свободы» Тягнибока, а затем и «Правого сектора» в результате спецслужбистских операций, которые происходили под прямым патронажем украинской ветви ПЧА и, по крайней мере, при сознательном непротиводействии российской ветви ПЧА. Если же учесть, что многие акции ПЧА по резкому обострению обстановки уже в 2014 году происходили при параллельном содействии хунтовских «ястребов» вроде Горбулина, Марчука и Турчинова, то нельзя исключить даже то, что у хунтовских «ястребов» и будущих организаторов силовых действий российской ветви ПЧА были общие координаторы, подсказывавшие им какие-то ходы и вынашивавшие собственные планы. Во всяком случае, кадры ПЧА не пропадают: ахметовский титушка А.Захарченко, став во главе ДНР, назначит бывшего майдановца, стоявшего на баррикадах с правосеками, мэром Горловки.

(На фотографиях – Корчинский с Вершининым, Корчинский с Билецким в 2008 г., Корчинский с Холмогоровым, Дугиным, Коровиным, Малером, Фроловым, Крыловым; Корчинский с Мосийчуком в 2014 г.)







С другой стороны противостояния был «антифашистский фронт». Партия Регионов и примыкающие к ней умеренные структуры были скорее бизнес-клубами и кланами, чем идеологическими организациями. К идеологическим можно отнести ряд оппозиционных политических партий (КПУ, ПСПУ, левацкие мини-структуры, русские организации, прорусское казачество). Последние иногда худо-бедно поддерживались из РФ словами сочувствия либо скудными грантами, которые, ввиду вышеописанной специфики политической системы РФ, доносились через рупоры и руки ПЧАшников.

Интересней глянуть на антифашистский фронт с точки зрения информационных ресурсов, которые могли его мобилизовать, и продвигаемого ими дискурса.

Наиболее лояльная к украинскому государству часть «антифашистов», готовая согласиться с курсом Партии Регионов на запад и позитивно воспринимавшая независимую украинскую государственность, кучковалась вокруг печально известной газеты «2000», в редакции которой, особо не шифруясь, сидели патентованные свидомиты. Поначалу при газете был форум, многие пользователи которого исповедовали радикально русские взгляды с негативным восприятием отдельной украинской государственности как таковой, и сама же редакция форум закрыла. Это политическое направление отвечало выработавшейся в итоге линии Партии Регионов: идти на запад и проводить украинизацию постепенно, чтобы до последнего не ссориться с РФ и получать от неё преференции.

Посреди «антибандеровского» спектра был пул раскрученных блогеров вроде Мирославы Бердник и её «свиты». (Журнал varjag2007 создан в конце октября 2007 г., в ноябре выходит в среднем по посту в день, в декабре – по 2,5, в январе 2008 – >4, и уже с февраля – по 5.) Политическое кредо этого направления антибандеровцев следует охарактеризовать как советское украинство, подразумевающее критику антироссийской эволюции Украины в последние годы, но без малейших сомнений относительно коренных установок украинства, отделяющих его от русскости. В самом радикальном случае они выступали за восстановление союзного государства с РФ, но с сохранением отдельности Украины от России даже в наименовании, а значит, и отдельной от русских идентичности жителей Украины.

Наряду с этим, ПЧА допустил рекламу на своих ресурсах собственно русского направления антибандеровщины, отрицающего основания украинства и склоняющегося к общерусской идентичности. После оранжевой революции 2004 г. целый ряд русских авторов с Украины привлекались в Москву Станиславом Белковским, но было и обратное движение. Ряд ресурсов ПЧА был явно нацелен на широкую украинскую аудиторию с целью не только проинформировать её, но и как-то влиять на события. 3 декабря 2009 г. агентство Regnum запускает свой «хулиганский» дочерний проект Regnum-эксперт (ИА REX), и через несколько дней на нём пошли новостные сообщения с Украины. Именно этот ресурс соберёт вокруг себя многих авторов, пишущих на русско-украинскую тематику из РФ, а также обитателей Украины, которым претило «замазывать» себя подпеванием Партии Регионов или советскому украинству (например, Рожина, Вассермана, Ваджру и других). Впрочем, привлекал он и Мирославу Бердник, и даже Юрия Романенко. С Украины были и многие авторы РНЛ.

* * *

Наряду со спецслужбистскими инструментами (агентами в противоположном лагере) и политическими инструментами (находившимися под определённым влиянием организациями и политическими силами, а также информационными рупорами, ориентированными на низы), существовал ещё один инструмент влияния на Украину извне – верхушечно-индивидуальный. Речь идёт о способности воздействовать на Януковича и других лиц, принимающих решения, непосредственным внушением, давлением, убеждением. И если давление и убеждение находились, скорее, в руках Запада, переговорщики которого часто и успешно ломали Януковича, а грантоедские конторы которого могли «обосновать» любое безумие, то с внушением дело обстояло более хитро. Другое дело, что до конца непонятно, был ли этот инструмент в руках российской ветви ПЧА или общих кураторов российского ПЧА и украинских радикалов, начавших войну: скорее всего, в российском ПЧА думали, что влияют на него решающим образом.

Лёгкости этого инструмента способствовали крайняя несамостоятельность, внушаемость, скудоумие и безволие Януковича, усиленные его религиозностью и верой во всесилие американских политтехнологий. Соответственно, двумя основными каналами иррационального внушения Януковичу (не через убеждение рациональными доводами и не через прямое давление либо угрозы) стали:

  • воздействие пророчествами и духовным авторитетом;

  • советы от якобы непревзойдённого американского политтехнолога Манафорта, приглашённого «энергоблоком» Партии регионов – Бойко, Лёвочкиным и Грищенко. (Примечательно, что эта же группировка, помимо всего прочего, лоббировала интересы компании Shell и проекты по добыче сланцевого газа на Ивано-Франковщине и в Донбассе.)

Это проявлялось в ряде тенденций.

Во-первых, на Януковича оказывается довольно серьёзное влияние с помощью «православных» рычагов, к которым он был восприимчив задолго до своего избрания. В ходе его частых поездок по святым местам, включая Афон, Януковичу внушали определённые сценарии будущего и подталкивали к определённым шагам, впоследствии ставшим для него фатальными. Так, в 2010 году на Афоне Януковичу внушается «пророчество» о якобы грядущем в 2014 году уходе от политических дел, а может быть, и земных, после чего Янукович постепенно теряет интерес к государственным делам и всё меньше вмешивается в процесс управления.

Во-вторых, исключительно одиозной была роль Пола Манафорта, которого совсем не зря обвиняют в связях с представителями из РФ (как мы теперь понимаем, ПЧАшными). В конечном итоге, его «помощь» на выборах 2010 г. оказалась для Януковича столь же «полезной», как и «помощь» политтехнолога из РФ Глеба Павловского (тоже знатного ПЧАшника) на выборах 2004 г. Несомненно, Манафорт приложил руку к отказу Януковича от даже робких пророссийских устремлений ещё на этапе предвыборной кампании в 2009 г., что лишило его пассионарной поддержки Юго-востока. Он же приложил руку к другому фатальному шагу Януковича – посадке Тимошенко и упорному нежеланию её выпускать под каким бы то ни было предлогом. С помощью этого шага Янукович был делегитимизирован в глазах Запада подобно тому, как Путин был делегитимизирован аннексией Крыма. Если учесть, что в остальных случаях Янукович никогда не демонстрировал особой твёрдости перед западным давлением, то напрашивается вывод, что в случае с посадкой Тимошенко присутствовало встречное внушение, опиравшееся на иррациональные доводы.

Ещё одним фатальным шагом стало намеренное усиление властью радикальной бандеровской оппозиции, для согласия на которое со стороны Януковича активно эксплуатировались электоральные страхи Януковича, когда его убедили в способности обеспечить себе второй президентский срок только в соперничестве с оголтело бандеровским кандидатом вроде Олега Тягнибока. Под этим соусом тягнибоковская «Свобода» на выборах 2012 года пропихивается в Раду, причём в некоторых округах столицы уже происходят уличные столкновения между её сторонниками и как бы провластными кандидатами.

Tags: БГС, КСС, ПЧА
Subscribe

  • Режима нет

    Большой когнитивной миной под наше понимание политической жизни стало повсеместное использование слова «режим» к той организации номинальной власти,…

  • «Кому работу доверяешь» – 13

    /Послесловие к циклу, начало и оглавление которого размещено здесь./ Послесловие 1 Вдогонку к завершённому циклу приведу несколько…

  • «Кому работу доверяешь» – 12

    /Окончание (не считая послесловий). Начало и оглавление здесь./ 12. И рыбу, и удочку! В свете последних открытий уместно пофантазировать на…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 32 comments

  • Режима нет

    Большой когнитивной миной под наше понимание политической жизни стало повсеместное использование слова «режим» к той организации номинальной власти,…

  • «Кому работу доверяешь» – 13

    /Послесловие к циклу, начало и оглавление которого размещено здесь./ Послесловие 1 Вдогонку к завершённому циклу приведу несколько…

  • «Кому работу доверяешь» – 12

    /Окончание (не считая послесловий). Начало и оглавление здесь./ 12. И рыбу, и удочку! В свете последних открытий уместно пофантазировать на…