miguel_kud (miguel_kud) wrote,
miguel_kud
miguel_kud

Categories:

Информационный коронавирус – 3в

/Продолжение. Начало в предыдущих записях./

В первых числах марта Россия вступила в новый этап распространения коронавируса. Стали массово возвращаться из Европы заражённые там граждане, появилась информация о медицинской катастрофе в Италии. Как проявили себя наши герои?

* * *

Никифоров продолжил излучать оптимизм. Его интервью 11 марта даже озаглавлено цитатой: «Ставлю рубль против десяти копеек, что к лету вся эта история с коронавирусом уйдёт и забудется», в обоснование прогноза он ссылается на опыт Китая и представляет дело так, будто тамошний результат получился сам собой, а не благодаря решительному вмешательству. Никифоров приводит набивший оскомину численный аргумент: чего волну поднимать, только в РФ 700 тысяч внебольничных пневмоний в год с летальностью выше 2%, а «сейчас весь мир вот буквально в шоке, в истерических дугах из-за где-то небольшого количества, так скажем, смертей». Опять пневмония как редкое осложнение ОРВИ (которые в итоге дают смертность в малые доли процента и с которыми не борются карантинами) сравнивается по смертности с новым коронавирусом (смертность от которого сама по себе выше на два порядка), из чего выводится ненужность строгого карантина для коронавируса. И опять только начинающаяся эпидемия, распространившаяся в нескольких городах, сравнивается с пневмониями, гуляющими по всей планете. Мог бы такое сказать инфекционист, даже впавший в маразм? Далее излагается теория естественного ослабления вирулентности новой инфекции:




Субъективизация вируса, наделение его рациональными соображениями и стремлением к выгоде из уст эпидемиолога вызывает оторопь. Почему чума не стремилась к мирному сосуществованию с человечеством, а выкашивала десятки процентов населения одну эпидемию за другой – не поняла, глупая, что ей выгодно быть средней тяжести? Не нравится бактериальная чума – возьмём вирусную оспу, там тоже не было замечено особого ослабления вирулентности. Как можно представлять ослабление вирулентности, являющееся результатом многочисленных мутаций и отбора, проходящее через множество смертей и занимающее непредсказуемое время, чем-то применимым для прогнозирования смертельности конкретного коронавируса здесь и сейчас, в эту пандемию?

Похожие идеи Никифоров излагает в интервью 19 марта, опять напирая на «необъяснимую панику, абсолютно контрпродуктивную кампанию нагнетания страха, истерии», при которой «как раз профессиональная медицина – инфекционисты, пульмонологи – достаточно спокойны». Снова идёт тезис «только идиот может желать смерти своему хозяину, будучи паразитом, а инфекция отнюдь не глупа» (и где только у вируса мыслительный орган?), после которого профессор предостерёг от закрытия метро в Москве: «Я скажу, что коронавирус после этого нервно курит в углу. Это будет катастрофа, не сравнимая ни с какой эпидемией. Это будет ещё хуже». Инфекционист также поплакался на недостаток коечного фонда и сформулировал один важный тезис: все вспышки ОРВИ длятся по 8 недель, 4 недели растут и 4 падают, вот и COVID-19 повсюду укладывается в стандартную схему.

Те же идеи Никифоров излагает в интервью 22 марта: «совершенно необъяснимая паника, абсолютно контрпродуктивная кампания нагнетания страха, истерии», ведь «и раньше умирали, и потяжелее болели, и значительно больше умирали», «летальность достаточно низкая», «забыли про грипп», от которого очень многие умирают, коек в больницах не хватает. Высказывается сомнение в высокой летальности 5%, которую на тот момент доложил Китай (на деле, оказалось ещё выше), воспроизводится сказание о разумном вирусе, который тем умнее, чем через больше человек пройдёт, наконец, жалоба на китайцев, которые не наделили Никифорова вирусом и не пустили в Ухань:

«У меня было задание посмотреть взглядом профессионала, но китайцы догадались, что я профессионал, поэтому на Пекине всё и оборвалось».

С учётом особого мнения Никифорова о новом коронавирусе, из этой истории складывается впечатление, что китайские спецслужбы недаром едят свой рис. Наверное, поняли, что перед ними не тот инфекционист, который лечит инфекцию, а тот, который её распространяет. И отправили восвояси с соратниками по Минздраву и Роспотребнадзору.

2 апреля последовал прогноз Никифорова о пике заболеваемости 8-10 апреля и прекращении эпидемии к лету. А самым громким выступлением с практическими рекомендациями стал протест против идеи ужесточения карантина 14 апреля.



Ещё через четыре дня неожиданно выяснилось, что COVID-19 совсем не такой, как ОРВИ. Спрашивается, зачем тогда было писать уверенные прогнозы, отталкиваясь от того, что он будет вести себя, как ОРВИ?



* * *

В том же духе развивал свой дискурс и Щелканов. В интервью 3 марта он продолжил нахваливать начальство: «В России удалось не допустить превращение завозных случаев в эпидемические вспышки, что вполне понятно, ведь в нашей стране ещё со времён бывшего СССР действует глубоко эшелонированная система биологической безопасности». Более честно было бы написать, что до 3 марта в РФ было только два завозных случая, и то легко отслеживаемые китайцы, а вот что будет при массовом возвращении туристов из Италии – Бог весть. Никаких идей по карантину для возвращающихся высказано не было. 18 марта Щелканов говорит, что объявление Всемирной организацией здравоохранения пандемии было преждевременным, политическим решением: «Главный аргумент в пользу этого умозаключения – отсутствие эпидемии в России, Африке, Австралии, Латинской и Южной Америках». А 22 марта, комментируя ситуацию в РФ, поясняет: «Все заболевшие в России сейчас — это люди, приехавшие из Европы, и те, кто с ними плотно контактировал, — прежде всего члены семей. Взрывного распространения, не будет, если власти не допустят массового появления на публике зараженных чихающих и кашляющих людей». Далее, признавая в принципе необходимость каких-то карантинных мер, ради которых придётся пожертвовать частью свободы, эксперт снова заявляет, что «к трагедии и в Италии, и в Иране привело несовершенство местных систем здравоохранения, а в Китае и в России сохранилось некоторое советское наследие в части противоэпидемической борьбы и готовности вводить ограничения, что в данном случае играет на руку». Поэтому сейчас «в целом надо вести себя как во время обычной эпидемии гриппа, но быть готовым к прекращению работы разных видов транспорта и учреждений, соблюдать карантинные и другие требования врачей. И главное — не паниковать. Для специалистов это не первая эпидемия, и хотя нынешняя по экономическим и социальным последствиям — выдающаяся, средства борьбы известны».

После того, как огромный процент населения Бергамо заразился коронавирусом из-за одного футбольного матча, заявление специалиста о том, что для передачи нужен именно плотный контакт, как в семьях, вызывает немалое удивление. Но именно этот специалист похвалил действия властей РФ 25 марта – в тот самый день
похвалил действия властей нелепого введения «нерабочих дней» и «самоизоляции» вместо полноценного карантина, которые предопределили дальнейший рост заражения. А на следующий день, в интервью 26 марта, убеждал, что в РФ есть «только завозные случаи», которые «иногда разрастаются до небольших семейных очагов», но «вирус не вырывается на оперативный простор», поэтому «сейчас на улице… можно заразиться гриппом, аденовирусом, респираторным синцитиальным вирусом, чем угодно, но только не новым коронавирусом».

Безудержное восхваление кремлёвской политики продолжалось даже в интервью 28 марта, в котором применён интересный агитационный приём, взятый на вооружение пропагандой в последующие дни: власти-то сделали всё, что могли, а если народишко будет плохо соблюдать карантин, то его вина, а не власти. (Как будто не обязанность власти предусмотреть в таком случае систему убеждения и принуждения.) Трудно поверить, что эпидемиологам в медвузе не рассказывали, например, что попытка бегства из карантинных зон – очень частая реакция населения, как и нарушение гигиенических рекомендаций без должного контроля. Кроме того, Щелканов тоже обещает «рано или поздно» уменьшение патогенности вируса, не поясняя, сколько при этом умрёт людей, хоть и, в отличие от Никифорова, формулирует это более корректно:










Этап безудержного оптимизма продолжается и в интервью от 2 апреля с такими странными заявлениями:

«Сейчас Россия переосмысливает опыт Китая в борьбе с COVID-19. И я считаю, действует более эффективно: Китаю надо было затыкать дырки, что называется, «с колёс», а нам можно позволить себе стратегический подход к решению проблемы».

(«Закидаем шапками, но в рамках стратегического подхода».)

«Пока тезис прежний: в России главным образом завозные случаи и небольшие, в масштабах семей и друзей, вспышки. Все это быстро локализуется. Вирус не вышел на улицы и не начал диффузное распространение по человеческой популяции.

Но россияне продолжают возвращаться из-за рубежа. Кто-то приедет инфицированным, от этого никуда не деться. Пока система справляется».


(Непонятно, с чего бы это инфекции, распространяющейся воздушно-капельным путём, вести себя подобно кишечной палочке и оставаться в пределах семей.)

«Если мы перевалим через отметку в 10-15 тысяч завозных случаев, системе будет крайне сложно локализовать их в малой окрестности, и тогда появится реальная опасность того, что мы все-таки выпустим COVID-19 на оперативный простор».

(И ни слова – о том, что для предотвращения такого развития событий надо ввести настоящий карантин в изолированных обсерваторах для возвращающихся, как это сделали те же Австралия и Новая Зеландия.)

«На сегодня Россия справляется лучше всех стран. Я могу это утверждать со всей ответственностью».

(Сам себя не похвалишь – никто не похвалит.)

Мартовская частота выступлений Щелканова была настолько высока, что становится непонятным, когда же он собственно занимался мониторингом ситуации с короновирусом и обдумывал новые данные. От одного интервью к другому он воспроизводил одни и те же смысловые блоки – восхваление отечественной системы биологической защиты и принимаемых властями мер, занижение смертности и рассуждение о естественном ослаблении вирулентности. Повторение в разных формах удачной презентации научного результата – понятное со стороны учёного поведения, но характер сообщаемой информации настолько далёк от сообщения научных открытий, настолько политичен и практически ориентирован (весь пафос интервьюируемого направлен на то, что не надо беспокоиться, начальство думает за нас), что нормальному учёному просто надоело бы повторять это столько раз. Сильнее всего нашумел доклад Щелканова «Факты и фейки о коронавирусе» на заседании Учёного совета ДФГУ 17 марта. Основная часть доклада представляет популяризацию банальностей вроде уничтожения вируса под воздействием ультрафиолета, явно построенную так, чтобы принизить угрозу. При этом само построение доклада в жанре «вот вам фейк, а вот вам факт» (притом что фейками представлены не заведомо ложные сообщения, а недоказанные версии либо интерпретации, причём не самые важные для алармизма по поводу COVID-19) несвойственно даже популяризационным лекциям от учёного и, скорее, списано с западных и украинских сайтов, занимающихся разоблачением «российских фейков».

Например, после 42 минуты Щелканов снова даёт заниженную оценку летальности 3,6% на основе сравнения доложенной смертности и количества заболевших на день составления доклада. Если в конце января ещё можно предположить, что эксперт не догадался учесть быстрый прирост числа заболевших в последние дни перед сбором данных и возможность дополнительных смертей среди новых больных, то по положению на середину марта в это поверить просто невозможно: ведь тот же Китай, где эпидемия практически завершилась, докладывал смертность около 5% (а после корректировки данных в начале апреля повысил оценку в полтора раза!). Далее, чтобы ещё больше принизить эту заниженную цифру, Щелканов говорит, что летальность гриппа среди невакцинированных групп риска составляет целых 1,5% – величина того же порядка, «поэтому летальность не запредельная». Некорректность такого сопоставления общей летальности при болезни без вакцин и лекарств с летальностью по группе риска при болезни с уже существующими вакцинами и лекарствами даже незачем комментировать – очевидно, что специалист сознательно рассчитывал на очень некритичных слушателей. А методологически это очень напоминает никифоровское сравнение летальности коронавируса с летальностью внебольничных пневмоний.

Повторяется самодовольный рефрен: «К счастью, в Российской Федерации функционирует лучшая в мире система обеспечения биологической безопасности. Только не путайте это с системой здравоохранения – это смежные вещи, но немножко разные: сейчас мы говорим о профилактике!». Наконец, в ответе на первый же вопрос (от директора школы медицины, который воспроизвёл нелепые аргументы методички успокоителей, мол, реально заболевших в 10-20 раз больше и, значит, реальная летальность намного ниже) Щелканов даже не пытается поправить вопрошающего и заверяет: «ни летальность, ни вирулентность, ни контагизность не являются запредельными», проблема только в большой нагрузке на палаты интенсивной терапии при росте числа заболевших, «это единственный аргумент, который может как-то оправдать тот ажиотаж, который имеет место», «поэтому, честно говоря, этот вирус больше из области социальной психологии». Почему-то сразу у многих экспертов-вирусологов недостало знаний, чтобы корректно оценить летальность быстро распространяющейся болезни, но хватило квалификации, чтобы оценить общественную реакцию на вирус как избыточную, психически ненормальную.

Именно этот доклад Щелканова стал катехизисом «ковидоскептиков» и разошёлся по сотням интерпретаторов-пропагандистов, которые стали «доказывать», что COVID-19 – совсем не страшная болезнь и карантинные меры избыточны. Таково, например, супероптимистичное изложение доклада Щелканова в газете «Завтра» от 3 апреля или ролик Максима Калашникова «Наука подтверждает правоту Лукашенко» от 5 апреля, но желающие могут найти много других таких же примеров. Казалось бы, при такой медийной активности Щелканов должен был озаботиться тем, что его «успокаивающий панику» доклад используется для дискредитации и торпедирования самой идеи карантинных мероприятий, для максимизации заражения. Однако я не нашёл от него таких выступлений. Только к середине апреля, когда ситуация стала необратимой, Щелканов вдруг предрёк РФ рост числа инвалидов из-за коронавируса (интересно, почему он не упоминал об инвалидизации, ограничивая возможную угрозу якобы низкой летальностью?), заявил, что в развитии эпидемической ситуации в РФ возможно как улучшение, так и ухудшение, а после майских праздников спрогнозировал новый всплеск случаев заражения после начала жары, из-за того, что люди будут нарушать самоизоляцию.

* * *

Наиболее же выпуклой среди наших героев оказалась коронавирусная деятельность директора НИИ вакцин и сывороток имени И.И. Мечникова академика РАН Виталия Зверева. Так, 16 марта он запротестовал против идеи карантинных мероприятий:

«Для закрытия школ или массовых учреждений необходим хотя бы минимальный эпидемиологический порог, которого по коронавирусу у нас даже близко нет. Пока что случаев заражения от человека к человеку в Москве не зафиксировано, все случаи привозные. Поэтому по всем признакам общие меры безопасности вроде ограничения массовых мероприятий представляются мне избыточными. Но люди всегда боятся нового неизвестного типа вируса, поэтому чиновники решили подстраховаться».

Как добавил «Эксперт», «Вирусолог Виталий Зверев полагает, что пик эпидемии нового коронавируса в мире уже пройден, остальное будет зависеть от качества противоэпидемиологических мероприятий в Европе» (выделено нами). Видимо, у Зверева к европейским эпидемиологам, против которых надо задействовать качественные мероприятия, что-то глубоко личное.

20 марта Зверев побежал давать комментарий кургиняновскому агентству «Красная весна», в котором зачем-то посетовал, что коронавирусы мало изучали (видимо, его уверенный январский прогноз, что к апрелю о коронавирусе забудут, был вызван тем, что кто-то другой мало изучал коронавирусы). Потом Зверев зачем-то уравнивает «безобидные» коронавирусы сезонных ОРВИ, известные с 1965 года, с новым коронавирусом, и воспроизводит общее место о якобы «не такой большой» смертности:



В другом изложении той же беседы «Красной весной» Зверев сравнил грипп с коронавирусом и заверил, что грипп куда опаснее:



Пассаж о том, что, раз пожилые помирают от коронавируса, значит, туда им и дорога, нечего и комментировать, а вот предшествующий ему абзац интересен характером работы Зверева с данными. Например, из того, что наука знает какие-то коронавирусы с 1965 г., Зверев выводит, что и этот, новый коронавирус – известный. Нет нужды говорить, что случайно так ошибиться просто нельзя. Тем более что вирусы SARS-CoV и MERS – тоже коронавирусы, и куда более опасные, чем те классические виды, о которых говорит Зверев. Уж он, как специалист, обязан держать их в уме. Ну а «данные корейских учёных» Зверев придумал прямо на месте. По состоянию на 20 марта (день интервью) в Корее было зарегистрировано 8652 случаев заболевания и 91 летальный исход. Даже по безграмотной методике оценки смертности, принятой у Никифорова и Щелканова, получается летальность более 1% – заметно выше, чем от гриппа. Речь идёт об очевидной фальсификации в исполнении академика РАН.

В апреле, когда истёк срок январского прогноза Зверева, что к апрелю о коронавирусе все забудут, концепция решительно поменялась на «победить коронавирус заведомо невозможно» и «переболеть должны все» (или 70% популяции):




Спрашивается, с чего это Зверев решил, что смертность при COVID-19 – никакие не 5%, а ниже, чем при гриппе? Он обосновывает утверждение тем аргументом, будто мы не знаем о подавляющем большинстве заболевших COVID-19. Может быть, секретно от общества уже добрая половина переболели. Конечно же, всерьёз воспринимать эту методологию просто невозможно. С тем же успехом мы можем сказать, что и гриппом болеют в десять раз больше людей, чем становится известно, и тогда известная нам смертность от гриппа завышена. Также методологически несостоятелен аргумент со сравнением суммарной смертности от только-только начавшейся распространяться по США новой болезни и от «старого доброго гриппа», который распространялся беспрепятственно, и вирусолог просто не мог не знать, что говорит заведомую ахинею. Даже идиот Трамп к моменту зверевского интервью оценил возможную потерю 100-200 тысяч жизней в США как хороший результат.

На самом деле, все эти пляски с бубном вокруг сравнения гриппа и COVID-19 – в исполнении что Никифорова, что Щелканова, что Зверева, – нужны были ровно для того, чтобы подвести аудиторию к незамысловатому выводу: ну, раз COVID-19 – как очередной грипп, то и практические действия в связи с этой угрозой должны быть точно такие же. Конечно, хорошо бы не заболеть, но и если заболеть, то катастрофа это – только для тех, у кого ослаблено здоровье, которые и так умрут от ближайшего гриппа. Другого назначения в том, чтобы заносить COVID-19 в один разряд с гриппом, у которого смертность ниже на один-два порядка, а не с SARS 2002-2003 гг., у которого смертность, если и выше, то не более чем вдвое, просто нет.

Другое успокаивающее заявление Зверев сделал 7 апреля, сказав, что бояться нового коронавируса следует лишь уязвимым категориям со слабыми лёгкими, да и у тех после выздоровления будет прописана простая «медикаментозная терапия, которая мало чем отличается от аналогичной после пневмонии или гриппа». Другое интервью он дал белорусскому телевидению 16, впрочем, его тезисы были составлены из тех же смысловых блоков:

«Живём же мы с гриппом, и никто не плачет. Каждый год у нас где-то 300-400 тысяч человек умирает, миллионы болеют… Поэтому не надо никакой паники, надо успокоиться, надо понимать, что этот вирус не такой серьёзный, как многие другие. Это никакая ни оспа, никакая не чума, это обычный респираторный вирус… Есть несколько стран, которые должны выйти из этой эпидемии легче, чем другие: это Россия, это Китай, это Беларусь… не зря по нашей стране смертность 0,74%, в Белоруссии ещё, по-моему меньше…» (Зверев и в апреле считал смертность по безграмотной январской методичке, а что он сказал бы с учётом дагестанского опыта?).

Ещё одно своеобразное интервью Зверев дал 15 апреля уже не новостному, а околонаучному сайту «Научная Россия», в котором были подробно раскрыты тезисы из выступления 4 апреля и, казалось бы, стоило ожидать максимальной точности вводных данных:




Нет особого смысла разбирать, как «специалисты посчитали», что для победы над коронавирусом нужно 200 недель карантина, если даже в Ухане хватило трёх месяцев. Скорее всего, сагу об этих «специалистах» Зверев сочинил где-то в начале апреля и с тех пор нёс её от одного интервью к другому. Ложь о том, будто более 80% переносят COVID-19, как обычную простуду, – такая же фальсификация, как и утверждение о ничтожно малой вирулентности «по сравнению с другими опасными для человека вирусами». (Избегание в сравнении конкретики, какие именно другие опасные вирусы имеются в виду, – как будто специально нацелено на то, чтобы сложнее было подловить на прямом вранье.) По состоянию на середину апреля, после катастрофы в Бергамо, Нью-Йорке и Гуаякиле, утверждать такое можно было только злонамеренно.

Вообще, интервью больше всего выполняет отчёт о проделанной работе: фактически, Зверев гордо заявляет, что теперь-то, благодаря двум месяцам почти всемирного попустительства, к которому лично он приложил руку и в январе, и в марте, коронавирус удалось закрепить в популяции. Это очень похоже на выступления «аналитиков-политологов», которые сначала обещали победу Януковичу благодаря непротивлению майдану, а потом разводили руками и объясняли, что теперь уже ничего не поделаешь, Киев потерян. Они же рассказывали, как Новороссия сама освободится от Украины благодаря ничегонеделанию РФ, а потом стали рассказывать, что поезд ушёл, Украина совсем потеряна и надо от неё отмежеваться. Всякий раз рядом с российским государством копошится сонм отравителей ноосферы, которые постоянно предлагают самоубийственную стратегию ничегонеделания, только сначала под тем ложным предлогом, что всё победится само, а потом – под тем ложным предлогом, что уже ничего не изменишь. И они продолжают входить в пантеон самых уважаемых экспертов, как ни в чём не бывало, никто особо не ставит им в упрёк полный провал прежних предложений! Тот же Зверев, как был ведущим «экспертом-вирусологом», так и остался.

По свидетельству сына Зверева, в этот период академик давал по несколько интервью в день. Какая при этом у пожилого человека может быть научная деятельность, узнавание и анализ новых данных о коронавирусе (чтобы было что рассказывать в интервью), понять очень трудно, но поскольку аудитории разных изданий мало пересекались, то задуматься над этим вопросом было некому. Однако такой формат выступлений не позволял полноценно вторгнуться в соцсети, и этим вопросом занялся сын академика Зверева Кирилл. 10 апреля он разместил в своём Фейсбуке пост следующего содержания:








Этот набор методичек и неприличного бахвальства даже не заслуживал бы упоминания, если бы не вызванный им, а точнее, целенаправленной раскруткой огромный ажиотаж (например, пост «отпиарили» и sapojnik, и pioneer_lj). На его волне Кирилл Зверев рассказал, что его отец не может довольствоваться тем, что в обычных изданиях и в телешоу доносит свою истину до народа урывками, а посему идёт давать обстоятельное интервью на YouTube барабанщику группы Би-2 Борису Лившицу. (Кажется, это единственное замеченное мною нарушение одного общего принципа спецоперации в РФ: во всём прочем к организации заражения коронавирусом как будто нарочно привлекали кукол с подчёркнуто русскими фамилиями – этакая рафинированная противоположность экономическим реформам 90-х.)

Само интервью, записанное 15 апреля, Лившиц выложил и объявил в своём Фейсбуке 19 апреля и тут же привёл телефонный ответ Зверева на дополнительный вопрос: «Вирус не передаётся через глаза. Очки носить необязательно. О том, что инфекция может проникнуть через слизистую глаз, подтверждённых данных нет». Читать такое заявление после облетевшей весь мир истории о том, что погибший от COVID-19 офтальмолог Ли Вэньлян, по всем признакам, заразился через глаза, довольно дико.

В то же время, надо признать, что актёрский компонент интервью поставлен на высочайшем уровне: перед зрителем предстаёт простой и скромный, но очень мудрый учёный, высококультурный интеллигент без «выпендрёжа» и «профессорского лунатизма», тщательно избегающий ангажированности и держащийся в рамках своей компетенции, более чем на 90% говорящий вполне здравые вещи. В то же время, в полном соответствии с манипуляционной методикой «сэндвича», среди разумных высказываний заложена такая дичь, а ПЧАшные ресурсы метко выхватили и понесли дальше в качестве авторитетного мнения именно эту самую дичь (при непротивлении академика), что отрицать сценарный характер постановки просто невозможно. Мы приведём «дикие» тезисы интервью, собранные каким-то ковидоскептиком и в виде текстовых тезисов, и в виде видеонарезки (которую мы рекомендуем послушать по ссылке). Собственно, это квинтэссенция зверевского фальсификата:



Возможно, если бы не подобная работа ПЧАшников, целенаправленно разнёсших из зверевского выступления те самые жуткие вкрапления, ради которых оно и затевалось, мы бы ничего не заметили и, наоборот, остались бы под обаянием оратора. Но благодаря текстовой передаче, превращающейся во всё больший реликт, выделить основные дискурсивные аттракторы оратора становится легче. На этом фоне дальнейшие выступления Зверева-старшего, в том числе на высоких совещаниях, что, мол, никакого повторного всплеска не будет, карантин нужно срочно отменять, хотя рост продолжается, но «страшного ничего не происходит» (1, 2, 3), уже не представляют такого интереса. Разве что, стоит отметить выступление в конце апреля, мол, вирус блокирует врождённый иммунитет, поэтому давайте использовать бактериальную терапевтическую вакцину «Иммуновак» (разработанную его институтом).

* * *

Весной этого года несколько раз выступил в СМИ ещё один инфекционист – руководитель крупного биологического исследовательского центра в Новосибирске Александр Шестопалов. Несмотря на то, что 13 марта приходилось на пятницу, в этот день он дал интервью «Интерфаксу» (детальнее те же идеи изложены здесь), в котором в сжатом виде приводятся хорошо знакомые для этих дней подмены:

  • представление распространения COVID-19 стихийным, а не зависящим от карантинных мероприятий процессом, в результате чего история вспышки в Китае, применившем тотальный карантин, некорректно используется для прогнозирования развития эпидемии в остальных странах, которые такие меры не предпринимают, и обещание окончания вспышки уже летом;

  • заниженная в разы оценка летальности от новой болезни, вообще непонятно откуда взятая;

  • приравнивание нового коронавируса к двум другим довольно безобидным коронавирусам, давно циркулирующим по человеческой популяции и вызывающим лёгкие ОРВИ, – прогноз, что и новый коронавирус неизбежно станет таким же;

  • некорректное занижение опасности нового, ещё не распространившегося заболевания, с давно циркулирующими по человеческой популяции болезнями на основе количества умерших;

  • принижение опасности нового заболевание с помощью аргумента, что умирают от него, в основном, пожилые люди;

  • одобрение принимаемых властями мер для предотвращения распространения инфекции как якобы более чем достаточных;

  • заявление о будто бы раздутой из-за коронавируса панике, формирующей 50% ситуации с COVID-19.



Конечно же, это интервью было разнесено по множеству СМИ, но характернее всего его преподнёс телеканал «Царьград» с заголовком «Российский учёный Александр Шестопалов назвал более страшные коронавирусы, с которыми сталкивался мир ещё несколько лет назад». Общая методика отвлечения внимания на якобы более страшные угрозы, нерелевантные здесь и сейчас, выполнялась неукоснительно, иногда даже слишком открыто.





Через пять дней Шестопалов дал ещё одно интервью новосибирскому изданию, с примерно такими же странными заявлениями:




Агентство же Интерфакс, не нарушая традицию обращаться к Шестопалову в знаменательные дни, взяло у него новое интервью 1 апреля. В нём инфекционист рассказал, что пик заболевания в РФ будет, самое большее, через неделю-полторы, а число больных вырастет не больше, чем в 10 раз. Первоапрельская шутка оказалась настолько удачной, что Никифоров запоздало сплагиатил её на следующий день, говоря о пике 8-10 апреля. Дальнейшие выступления медика уже были более или менее вторичным пережёвыванием. Так, 15 апреля Шестопалов рассказал, что «бурных темпов распространения коронавирусной инфекции на территории России удалось избежать, скорее всего, оно продолжится на нынешнем уровне» и «ситуация в Москве складывается лучше, чем во многих мегаполисах мира, в том числе за счёт введённых властями ограничений». А 19 мая заверил, что новый коронавирус пока не становится более патогенным при новых мутациях, правда, не добавил, что какая-то из будущих мутаций может и нарушить это правило.



/Продолжение следует./

Tags: КСС, ПЧА, агентура, коронавирус
Subscribe

  • Режима нет

    Большой когнитивной миной под наше понимание политической жизни стало повсеместное использование слова «режим» к той организации номинальной власти,…

  • «Кому работу доверяешь» – 13

    /Послесловие к циклу, начало и оглавление которого размещено здесь./ Послесловие 1 Вдогонку к завершённому циклу приведу несколько…

  • «Кому работу доверяешь» – 12

    /Окончание (не считая послесловий). Начало и оглавление здесь./ 12. И рыбу, и удочку! В свете последних открытий уместно пофантазировать на…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments