miguel_kud (miguel_kud) wrote,
miguel_kud
miguel_kud

Categories:

Информационный коронавирус – 5а

Оглавление

5а. Введение. Агентурное правило Парето
5б. Бывают «красивыми и умными»
5в. «Остановить эпидемию в аэропортах»
5г. Организация межрегиональных поездок
5д. Трудности «самоизоляции»
5е. Лёгкости снятия ограничений
5ё. Организуя вторую волну
5ж. Фейковая борьба с фейками
5з. Как излучать оптимизм
5и. Заключение. Зачем вы?


5а. Введение. Агентурное правило Парето

Затянувшееся расследование реакции подсистем РФ на COVID-19 (оглавление см. тут) следовало бы завершить коротким разбором действий официальных властей, то есть полномочных лиц и государственных структур, определивших стратегический исход первого года пандемии коронавируса. Коротким – потому что основной вывод прояснился раньше, и его осталось только зафиксировать. Разжёвывать так же подробно, как в первых расследованиях по тематике ПЧА, нет ни желания, ни сил – разве наметить контуры ответов на некоторые загадки.

Первые месяцы 2020 года, во многом задавшие дальнейшую траекторию событий, сопровождались типичным потоком противоречивых сообщений и внешне хаотичных разнонаправленных управляющих решений, которые усиливали информационный туман. Такое сопровождение дезориентирует невнимательного наблюдателя и затрудняет выявление целевого вектора властных усилий, если мы хотим оценить действия государственных структур и возглавляющих их персоналий. Даже уяснив для себя, что к чему, исследователь зачастую не может донести это до других, потому что каждое его обобщение, основанное на проработке огромного материала, натолкнётся на подобранный пропагандистами «контрпример» – отдельное действие или даже внушительное количество, направленное совсем на другое и как бы опровергающее обобщение исследователя. Придётся признавать, что в действиях власти было много разного, и «вычислять» результирующий вектор, а это уже добавит в исследование полутона и оговорки, снизит его убедительность по сравнению с пропагандистской агиткой.

Вообще, «много разного» всегда есть в функционировании любой крупной структуры. В ней есть много людей со своими интересами и недостатками, которые хотят разного, они допускают ошибки либо их обманывают, и тогда результат их действий отличается от желаемого, в ряде случаев обстоятельства просто оказываются сильнее возможностей этой структуры. Государство, понимаемое как госаппарат и совокупность подчинённых ему организаций, – это именно такая крупная структура, разные действия которой будут разнонаправленными. Если отдельные действия слишком часто направлены в ущерб интересам страны и перекрывают полезные, если «сбои» не объяснить неизбежными промахами и ошибками, мы вправе задать представителям такого государства вопросы. При этом необходимо понимать, что «неудобные вопросы» следует задавать относительно конкретных решений и поступков конкретных лиц, наносящих ущерб, а также к тем конкретным контролёрам, которые это терпят. Обобщения в стиле «всю систему пора менять» (а в чём именно она не годится?), «это государство неисправимо» (а что понимается под заменой государства?) – это отвлечение внимания от осязаемых связей между поступками и результатами (с возможными обобщениями) к будто бы скрытой за ними общесистемной субстанции, невидимому проклятию и т. п., которые можно преодолеть только сожжением дотла всего сущего.

«Много разного» бывает даже в действиях одного человека, наделённого властными полномочиями в крупной структуре. Например, когда его реальные цели противоречат декларируемым и ему приходится мимикрировать. Для успешной мимикрии человеку приходится делать не только то, что отвечает его истинным целям, но и то, что ему положено делать согласно номинально занимаемому месту в структуре. Скажем, адмирал Канарис, возглавлявший военную разведку и контрразведку гитлеровской Германии, работал в реальности на англичан, но чтобы не терять доверие фюрера и не вызвать подозрение окружающих, ему приходилось немало делать ради «Третьего Рейха». Для обозначения таких персонажей существует определение «агент», а мы также будем использовать слово «иноагент», чтобы подчеркнуть внешний характер управляющего агентом центра по отношению к структуре, в которой он устроен номинально, официально.

Что может сделать агент, наделённый властными полномочиями, чтобы успешно работать на истинных хозяев и не менее успешно мимикрировать под «эффективного менеджера»?

Ну, во-первых, его действия в интересах истинных хозяев, наносящие ущерб структуре номинального трудоустройства агента, должны быть достаточно редкими, незначительными по предпринимаемым усилиям и теряющимися на общем фоне ежедневной активности, чтобы не привлекать избыточного внимания. Напротив, активность, как бы направленная на добросовестное выполнение номинальных функций, отвечающих месту в структуре, должна находиться на поверхности, быть видимой и покрывать (в плане заметности, но не функционального результата) редкие «сбои».

Во-вторых, действия в интересах истинных хозяев должны быть сверхэффективными, то есть предприниматься в ключевые моменты, когда малое усилие и незаметное решение направляют развитие событий по совершенно другому коридору, нужному хозяевам, – иначе агенту не удастся этими малозаметными действиями в достаточной степени компенсировать основной массив действий, отвечающих номинальному месту в структуре и направленных на реализацию декларируемых целей. Данное описание покрывает и ситуацию, при которой агент ограничен в возможностях прямого вредительства и только саботирует самые важные решения, но, занимая место на ключевой позиции в структуре, он не даёт попасть на это место какому-то добросовестному деятелю-неагенту, который бы выполнял номинальные функции с намного большей эффективностью. Тогда истинным хозяевам всё равно выгоднее иметь на данной позиции этого агента, чем не зависящую от них персону. Отличить такого агента от простого головотяпа, не справляющегося с обязанностями, можно по важнейшему признаку – включению саботажа и отлынивания на общем фоне бурной активности не случайным образом, а в те самые поворотные моменты, когда срыв необходимых усилий наносит намного больший ущерб, чем срыв более заметных, но менее значимых инициатив, выступающих регулярным фоном. Поговорка «и красивы вы некстати, и умны вы невпопад» даёт важную подсказку присмотреться к тем людям, которые всегда оказываются некстати и невпопад в самые ответственные моменты, а не эпизодически «становятся красивыми и умными» в случайно выбранные моменты времени. Нельзя на постоянной основе попадать невпопад и слишком кстати оказываться некстати, если только не преднамеренно.

Следует заметить, что для определения «поворотных моментов» и «ключевых решений», которые приводят к значимому результату при незначительных усилиях, как агенту внешних для структуры хозяев (либо его ежедневным кукловодам), так и его возможному разоблачителю необходимо задаться моделью, описывающей функционирование системы, причинно-следственные связи между управляющими действиями и результатом, пространство окончательных состояний и ведущих к ним коридоров. Без модели, описывающей возможные состояния и возможные решения в ходе кризиса, ни агенту, ни его разоблачителям не понять, в какие ключевые точки можно (было) прийти к другому результату. Конечно, построение адекватного описания – не такая тривиальная задача, причём задача разоблачителей иноагента более трудная, поскольку им надо не только понять устройство системы для себя, но и убедить в своём представлении других, предлагая свою интерпретацию действий разоблачаемого агента.

В-третьих, любой современный иноагент с властными полномочиями просто обязан организовать информационное прикрытие своей деятельности в интересах внешних хозяев. Самые очевидные меры в этом направлении просто напрашиваются ввиду сказанного выше:

  • привлечение пропагандистов, выпячивающих фоновую активность агента, действительно направленную на выполнение номинальных функций, но малозначительную в смысле функционального результата;

  • навязывание ложной картины мира, мешающей разглядеть вредительские действия иноагента на отвлекающем фоне и понять их истинную направленность, по возможности таким образом, чтобы ложная картина мира исходила не непосредственно от иноагента, наделённого властными полномочиями, а от признанных экспертов, представителей когнитивной сферы, «обеспокоенной общественности» и других источников вне видимого прямого подчинения иноагенту;

  • аутсорсинг публичного предложения наиболее катастрофических решений формально независимым источникам: инициатива должна исходить от «экспертов», «моральных авторитетов», «непримиримых критиков», «представителей глубинного народа» и только после долгих «уговоров» и «раздумий» приниматься иноагентом;

  • обеспечение постоянной несправедливой критики собственной деятельности прикормленными представителями когнитивной сферы, «обеспокоенной общественностью», «непримиримой оппозицией», уводящей внимание от ключевых вредительских решений нелепыми обвинениями в отношении правильных элементов политики. Самые катастрофические решения должны приниматься как бы под давлением самого общества, а принятие правильных решений в ключевые моменты должно казаться абсолютно невозможным из-за категорического неприятия общества.


С учётом работы по маскировке, защищающей агента от разоблачения «в лоб», можно переформулировать известное правило Парето для иноагентов информационной эпохи: 99% усилий иноагента уходит на информационное прикрытие 1% усилий вредительского характера, которые дают 99% результата и не заметны благодаря информационному прикрытию.

К сказанному остаётся добавить, что, когда структура наводнена большим количеством иноагентов, указанные задачи могут быть распределены между ними и направляться непосредственно из внешнего центра управления агентурной сетью, а не самым высокопоставленным агентом, который может и не понимать общего замысла. Кроме того, внешний центр управления может непосредственно проводить операции информационного прикрытия своего агента, например, жёстко критикуя его за нарушение прав человека и вводя решительные санкции, а по мере отработки функционала отправляя агента за решётку и даже на эшафот.

С учётом вышесказанного, нам будет намного легче понять логику действий официальных властей РФ в ходе пандемии коронавируса и оценить включение в эти события разобранных ранее подсистем (консервативно-клерикальной тусовки, «патриотической оппозиции», когнитивной сферы и прозападной общественности). Фактически, нам осталось проанализировать небольшой поток сообщений, чтобы свести воедино кажущийся хаос разнонаправленной активности и дать ему единое системное объяснение.

* * *

К сожалению, в картине останется огромный пробел, связанный с практически всемирным характером коронавирусной катастрофы. По-хорошему расследования, аналогичные сериалу «Информационный коронавирус», надо провести относительно всех стран, а потом выяснить силами правоохранительных органов, в каком управляющем центре и с какими целями было принято решение организовать заражение планеты, по каким каналам была распространена команда на содействие заражению и почему она исполнялась на местах. Для одного человека и даже группы эта задача неподъёмна, поэтому её выполнение в мои планы не входит. Тем не менее, хочу сразу сформулировать два замечания-предостережения относительно трактовки международной роли РФ в коронавирусном кризисе. Эти выводы основаны на моих личных наблюдениях за распространением коронавирусных мессиджей, однако подробно обосновать их со всеми нужными ссылками я не смогу.

Во-первых, всякие попытки представить РФ, её государственные структуры и резидентов инициаторами заражения планеты или, уже, пособниками заражения других стран являются дезинформацией, ложным обвинением и переводом стрелок, нацеленным на выгораживание истинной структуры-организатора. РФ в коронавирусной катастрофе – жертва, пострадавшая больше западных стран, а задействованная в заражении агентурная сеть из граждан РФ, порой занимающих важные должности или видное место в общественной жизни, – это исполнители. Чтобы убедиться в этом, достаточно отследить хронологию появления, распространения и навязывания прокоронавирусных идей в мировом информационном пространстве, а также хронологию «сбоев» в работе государственных структур стран Запада, допустивших заражение своих стран. Российские заразители были глубоко вторичными в идейном и хронологическом плане, просто проявили больше наглости и цинизма в отношении собственного народа, действовали более демонстративно, а затем по внешнему же заказу имитируют свою инициативу в заражении западных стран.

Во-вторых, каждая из сил, задействованных в кампании по поощрению заражения (и отражённых в четырёх первых циклах «Информационного коронавируса»), по-видимому, получала указание содействовать заражению тем или иным способом непосредственно из заграничного управляющего центра, курирующего данную силу. Они не подчинялись руководству РФ, но были включены вместе с ним в единую операцию прикрытия происходящего заражения страны; организация операции велась из-за рубежа. Чтобы убедиться в этом, достаточно, с одной стороны, отследить хронологию действий гомологичных структур на Западе, которые, как правило, предпринимали все те же (по большому счёту) инициативы и выдвигали те же идеи раньше российских эпигонов, с другой – отследить хронологию появления прокоронавирусных элементов дискурса у разных групп влияния внутри РФ: это появление не имело видимой корреляции с действиями официальной власти и, скорее всего, ею не направлялось.

* * *

Наконец, ко всем построениям относительно агентурной сущности тех или иных персонажей стоит добавить замечание относительно объективных трудностей в установлении корреляции между действиями агентов и интересами руководящих ими хозяев.

Если мы говорим о «нормальных» государствах, то установление их интереса в каком-то вопросе часто бывает нетривиальной задачей, вызывающей разногласия, но в большинстве случаев «нащупать» правильный ответ и обосновать его как-то можно. Например, в случае пандемии коронавируса объективный интерес всех ведущих государств, которые имели возможность закрыть внешние границы, установить обсервацию приезжающих или эффективно и полностью отслеживать контакты, состоял в недопущении эпидемии на своей территории либо через превентивные меры (недопущение проникновения инфекции на национальную территорию и подавление возникающих вспышек через локальные карантины), либо через жёсткий тотальный карантин в случае широкого распространения болезни на территории вплоть до полного подавления вспышки. Это позволило значительными, но ограниченными во времени усилиями устранить внутренние очаги заражения и быстро вернуться к нормальной жизни. Примеры такого поведения в национальных интересах показали Китай, Вьетнам, Новая Зеландия. Никакого интереса ни одной ведущей страны в «сдерживании» эпидемии, длительном ограничении потока вновь заболевающих по сравнению с вариантом пресечения распространения инфекции не было и быть не могло, потому что это просто означало растягивание огромного суммарного ущерба на более длительный промежуток времени. Нельзя было допускать, чтобы большое число собственных граждан заболели коронавирусом, ибо ущерб от этого, ввиду тяжести заболевания, намного превышал ущерб от самых жёстких карантинных мер по уханьскому образцу (напомним, даже в очаге эпидемии китайцам удалось подавить вспышку менее чем за три месяца, и весной 2020 года это было общеизвестно).

По этой причине установить, что те или иные персоналии, принимавшие решения по реакции на пандемию (либо информационно содействовавшие этому), сознательно и намеренно действовали в ущерб интересам своих государств, довольно просто: вышеизложенные соображения дают достаточную методологическую базу для анализа поведения и выдвижения обвинений. Для обвинения в измене персоналии, занимающей важный пост в государстве, достаточно установить факт регулярных действий вопреки интересам этого государства в критические моменты с нанесением большого ущерба, предпринятых явно не в результате разгильдяйства или невежества, единичной ошибки или обмана посторонними, а на систематической основе, с игнорированием очевидных истин и наработанного опыта. В этом случае действия той же персоналии в интересах государства не могут служить индульгенцией против обвинений в измене, поскольку были простым прикрытием, необходимой для удержания персоналии на посту и нанесения требуемого ущерба.

В то же время, установить интересы негосударственных игроков, а тем более не наблюдаемых непосредственно и не очерченных на карте транснациональных сетевых структур, намного сложнее. Соответственно, очень трудно понять мотивацию центра управления агентами во власти, действующими против государственных интересов своих стран. Так же как тяжело бывает понять мотивацию маньяка только по следам его преступлений, и для составления полной картины необходима работа криминального психолога с уже пойманным маньяком, так же тяжело понять мотивацию тех, кто в январе 2020 года, как только стала очевидна опасность нового коронавируса, оперативно принял решение организовать заражение планеты. Мы вполне можем догадываться о мотивации непосредственно наблюдаемых нами нижестоящих исполнителей, но слишком мало знаем о центре управления ими, чтобы составить представление о его интересах и конечных целях принятия решения.

Это обстоятельство послужило поводом для нападок на предыдущие циклы расследования, мол, раз мы не можем указать единую цель заражения планеты, то, значит, и операции по заражению не было, никакого всемирного ПЧА/КСС, организовавшего эту операцию, тоже нет. Озвученная логика, конечно же, ущербна: по ней выходит, что, пока мы не установили мотивы маньяка, то его не надо ловить и преступлений не было, хотя распотрошённые одинаковым образом трупы находят по всему городу. Аналогичным образом, мы должны отвергнуть претензию сначала полностью сформулировать ведущую цель руководящей структуры, преследуемую при организации заражения планеты коронавирусом, и только потом говорить, что такая операция имела место, она управлялась из единого центра и вот её исполнители с адресами, паролями и явками. Нормальная последовательность – установить факт события преступления, описать, как оно происходило, разыскать и поймать виновника и т. д. Мы достаточно знаем, чтобы констатировать преднамеренное заражение, чтобы увидеть скоординированный характер дискурсивного сопровождения этого преступления и принятия вредительских решений, установить исполнителей и соучастников, в ряде случаев объяснить их поступки. И поскольку в этом цикле мы разбираем действия по заражению РФ, управляемой извне страны, то вполне нормально, что наши знания о заграничном центре управления и его конечных целях недостаточны. Что же до внутренних иноагентов, то мы знаем очень много, в том числе о возможной мотивации. В конце концов, непосредственным мотивом агента при совершении преступления может быть банальное выполнение приказа хозяев, а другой мотивации в конкретном случае может и не быть – только сам себе подчинённый статус.

Это рассуждение уместно дополнить теми ответами, которые я давал на настойчивое (чуть ли не с ножом к горлу) требование сформулировать цель всей операции ещё весной, когда кампания по заражению планеты только была начата и мы имели возможность наблюдать её прямо по ходу процесса, а не постфактум, как с предыдущими расследованиями делишек ПЧА. Во-первых, в условиях недостатка данных лучше чётко отделить твёрдо установленные факты (деятельность ПЧА по организации массового заражения) от гипотез (предположений о целях): преждевременная озвучка шатких гипотез приведёт к подрыву основного доказанного утверждения. Во-вторых, сам вопрос о конечной цели выдаёт неверное представление о КСС/ПЧА как жёсткой иерархической тоталитарной структуре, в которой цель верхушки беспрекословно транслируется в такие же целевые функции средних и низовых исполнителей. Но ПЧА – это совсем другая история: там в разных щупальцах/головах спрута/лернейской гидры, а также на разных уровнях иерархии могут быть разные цели, они могут подыгрывать друг другу на деструктивном этапе, распространяя болезнь, а в итоге кто переиграет других, тот и победит. (По имеющимся наблюдениям, преимущества всегда получают верхние уровни иерархии, а средние и нижние, в лучшем случае, остаются с твёрдым, но ложным убеждением о достижении большого успеха.) Можно поэтому говорить о целой симфонии целей, с ведущими, сопровождающими и фоновыми мотивами, которые нередко меняются и перерастают во что-то другое. Кроме того, само понимание цели в ПЧАшных слоях искажено: они не стремятся к постоянно действующему лучшему состоянию, их устраивает регулярная долгосрочная нестабильность, бесконечная во времени острая кризисная ситуация, в которой можно бесконечно поддерживать и укреплять свой статус. Растянутая минимум на год эпопея с контролируемым заражением в условиях резкого ухудшения комфорта и доходов имеет много привлекательных сторон для иностранных кураторов ПЧАшной верхушки, и нам нет смысла вникать намного глубже в её цели, выдвигая обвинение внутрироссийским исполнителям.

/Продолжение следует./

Tags: КСС, ПЧА, агентура, коронавирус
Subscribe

  • Режима нет

    Большой когнитивной миной под наше понимание политической жизни стало повсеместное использование слова «режим» к той организации номинальной власти,…

  • «Кому работу доверяешь» – 11

    /Продолжение. Начало и оглавление здесь./ 11. «Не мы, а вы!» Рассмотрим место последних открытий в общей структуре наших расследований…

  • «Кому работу доверяешь» – 1

    Оглавление 1. Внешнее управление через «люки» 2. Урок излечения имиджа 3. Сугубо частное лицо 4. Почему падают ракеты 5.…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments