miguel_kud (miguel_kud) wrote,
miguel_kud
miguel_kud

Categories:

«Кому работу доверяешь» – 8

/Продолжение. Начало и оглавление здесь./

8. Профессия военного дирижёра

В предыдущем разделе мы коснулись одного из главных достижений Совета по внешней и оборонной политике (СВОПа) – организации «Валдайского форума», на который приглашаются самые видные западные эксперты, что позволяет ключевым образом влиять на внешнеполитические стратегии РФ. А что это за эксперты?

Ну вот, например, в августе 2019 года в 105-м номере «Валдайских записок» была опубликована статья Грегори Саймонса «Кризис политических войн XXI века» с любопытным перечислением информационных, когнитивных, идеологических инструментов, применяемых Соединёнными Штатами для обеспечения своей гегемонии ценой страданий миллионов людей по всему миру, подрыва и разрушения подвергающихся американской агрессии стран, длительной дестабилизации международной обстановки. Можно, конечно, сожалеть о том, что статья очень государствоцентрична, в ней упущена инициирующая роль надгосударственных структур в провоцировании агрессивной политики США, что сумбурный стиль изложения загнал текст в жанр «в одно ухо влетело, из другого вылетело» (автора поймут только те, кто и так знает предмет, но и они не почерпнут ничего нового), но в общем и целом цены бы этой статье не было тридцать лет назад, когда в США только-только затевался большой рывок к установлению гегемонии с помощью настолько массового применения информационных инструментов, влияния на когнитивную сферу. Видно, что автор знаком с информационной войной не понаслышке и особенно хорошо понимает, как можно направить развитие событий, задавая структуру их восприятия участниками. Даже сейчас этот материал смело можно рекомендовать к изучению для изучения терминологии и закрепления категориального аппарата.

А что это за человек – Грегори Саймонс? Как ни странно, легче всего найти его следы на российских просторах. Беглый поиск показывает, что в настоящее время он руководит исследованием по вопросам информационной безопасности в Уральском федеральном университете в рамках крупного гранта Российского научного фонда, работает также в Дипломатической академии МИД РФ в Москве, катается с лекциями по самым разным университетам РФ (от Питера до Тюмени) и даже становится членом диссертационных советов. А вообще, он присутствует на российских просторах, как минимум, с 2012 года, когда начал писать совместные с российскими исследователями труды на тему агрессивной гегемонистской политики США и ведущейся Западом против уязвимых стран «гибридной войны», а также смены режимов через информационные операции. Например, он участвовал в книге 2012 года «США, Сирия и Иран: ливийский сценарий повторяется» (авторы Базаркина Д.Ю., Виноградова Е.А., Манойло А.В., Пашенцев Е.Н., Саймонс Г.) и в круглом столе 2015 года в Московском государственном областном университете (МГОУ) «Сирийский кризис как этап процесса переформатирования Большого Ближнего Востока (круглый стол)» (авторы Комлева Н.А., Валиахметова Г.Н., Грибанова Г.И., Радиков И.В., Сарабьев А.В., Манойло А.В., Абрамов А.В., Саймонс Г.), а начиная с 2019 года труды Саймонса совместно с исследователями из РФ или для изданий РФ с разоблачением западных «гибридных войн» против других стран идут косяком.



Некоторые фрагменты творчества Саймонса просто замечательны и показывают глубокое погружение автора в тему «гибридных войн» и информационных операций, умение лаконично и точно формулировать фундаментальные истины. Например, в упомянутой статье 2020 года про информационные войны и смену режимов он цитирует определение А. Бургоса «Внешнеполитические стратегии – это социальный выбор, заключенный в конкретных дискурсах о том, что составляет проблему и что представляет собой решение» и поясняет: «Это создаёт контекст для мыслительной интерпретации проблем и решений, влияющий на когнитивную сферу в части восприятия и мнений политиков, практиков и академического сообщества». А в статье 2021 года для «Вестника МГОУ» он пишет:

«Обструктивная внешняя политика как концепция и практика возникает, когда активная сторона стремится сохранить или получить относительное конкурентное преимущество перед его растущими геополитическими конкурентами или соперниками путём одновременного ограничения их сильных сторон и возможностей и наращивания слабых сторон оппонента и стоящих перед ним угроз. Тем временем умножаются свои сильные стороны и возможности, сокращаются собственные слабости и угрозы. Обструктивная внешняя политика использует деятельность в информационной сфере, чтобы попытаться ограничить восприятие операционного выбора в когнитивной сфере принимающих решение представителей целевой страны. Это делается для того, чтобы вызвать нерешительность, задержку или «принуждение» к неуместному выбору, основанному на создании фантомного эффекта «международного общественного мнения», «консенсуса» или «реалий», которые не позволяют стране-цели предпринять действия, эффективно защищающие её и обеспечивающие национальную безопасность и стабильность».

По всему видно, что перед нами искренний и совестливый представитель англосаксонского мира, которому стало стыдно за преступления коллективного западного агрессора против остального мира, вот он и стал разоблачать американский гегемонизм. А особенно он сопереживает России, поэтому специально приехал, чтобы научить русских сопротивляться «гибридной войне» и прочему информационному оружию.









И всё же, в этой картине остаются некоторые нестыковки.

Во-первых, все те замечательные вещи, которые пишет Саймонс, представляют этакое послезнание: приехал в Россию мудрый джентльмен и поучает: «смотрите, как вас надурили!». Он раскрывает карты после того, как они сыграли, разъясняя применённые технологии не до или во время их применения, а в тот момент, когда полученное знание уже ничего не изменит. При всей правильности тех фрагментов, которые мы привели, в том же понимании концепта «гибридной войны» мы уже в 2019 году продвинулись куда дальше, чем Саймонс, не имея и доли тех изначальных знаний, которые были у него, и не имея его возможностей для исследований. Они с большим запозданием освещают технологии информационных операций Запада против РФ – уже на том этапе, когда Запад перешёл на следующий технологический уровень в информационной войне и раскрытие технологий предыдущего этапа не грозит ему эффективными контрмерами. Публикации с объективным освещением происходящего в международной жизни (в свете новых технологий геополитической конкуренции) у Саймонса есть и в западных журналах, не только в соавторстве с коллегами из РФ, но это всё почему-то журналы далеко не первого эшелона, как будто он свои знания хотел запрятать куда подальше. Сообщаемое им знание о западном накате что-то, конечно же, раскрывает, но только так, чтобы не помешать процессу ненужными преждевременными разоблачениями.

Во-вторых, наряду с «антигегемонистскими» работами и моральной поддержкой РФ, даже констатируя свержение Януковича при поддержке Запада, Саймонс вплоть до 2014 года публиковал совершенно проукраинские статьи, в которых воспроизводил ложный нарратив укронацистов об обстоятельствах пребывания Украины в российском государстве, включая якобы подавление украинской этничности при Сталине, об этническом составе населения Украины и т. д. Написанная им глава из книги 2011 года начинается с уверенного утверждения, что Богдан Хмельницкий хотел построения независимого украинского государства, да вот москали обманули.

В-третьих, наводят на подозрения даже официально объявленные локации его службы вне РФ (цитируем сайт УрФУ с рассказом о гранте): «Руководитель гранта Грегори Саймонс, ведущий научный сотрудник лаборатории сравнительных исследований толерантности и признания УГИ УрФУ, профессор Института российских и евроазиатских исследований университета Упсалы (Швеция), профессор университета Турибы (Латвия)…». Непонятно, почему в настолько русофобских странах его не выгнали с работы за русофилию.

В-четвёртых, удивляют некоторые элементы его нарратива. Очень частым дискурсивным аттрактором его трудов (особенно это проявилось в статье 2020 года “The Evolution of Regime Change and Information Warfare in the 21st Century” для российского журнала «Международная аналитика») стало утверждение, будто кратковременная эпоха гегемонии США, стартовавшая после прекращения «холодной войны», стремительно закатывается в связи с ростом влияния России (???) и Китая, и поэтому новые гегемонистские проделки Запада, включая смену режимов в рамках информационной войны, – результат уже произошедшего сдвига от наступательного поведения (распространения своей информации) к оборонительной – желанию не допустить других международных акторов к получению влияния и власти на глобальном уровне. «Чрезмерное использование изменений режима и информационных войн, – пишет Саймонс, – привели к относительному упадку влияния США и подъёму многополярного глобального порядка». В общем, все американские потуги – это жалкие попытки «остановить рост китайского и российского влияния и, таким образом, сохранить относительное военно-политическое преимущество в региональном и глобальном масштабе. Итак, цель Запада сдвинулась от наступательного импульса для установления абсолютной глобальной гегемонии («конца истории») к оборонительной попытке замедлить рост конкурентов и сдержать их гегемонию». Значит, заключает Саймонс в приложении к режимам, которые находятся под ударами западных попыток поменять их, «чем дольше защитнику удаётся выстоять, тем меньше вероятность смены режима».

Таким образом, по Саймонсу, западные гегемонистские усилия – агонизирующие вздохи издыхающей твари, объектам его атак самостоятельной экспансии предпринимать не нужно, достаточно «день простоять и ночь продержаться» (а не вести стратегическое контраступление), и тогда наступят тишь да гладь, начнётся гегемония нынешних оппонентов США, благорастворение в воздусях и переименование Старых Васюков в Новый Вашингтон. Что-то похожее очень часто встречается в современной пропаганде РФ, а мне особенно запомнились агитки Вершинина 2014 года, мол, евромайдан (а потом ВСУ) уже издыхают, вот этой самой ночью предпримут «последний пламенный рывок», достаточно отбить последнюю атаку – и враг аннигилируется сам собою, «как сон, как утренний туман». Это не содержательное знание, а мозговой фарш, перемежаемый для лучшего усвоения (точнее, для маскировки) какими-то истинными утверждениями по манипуляционной технологии «сэндвича».

В-пятых, вызывают удивления странности в опубликованных биографических данных Саймонса. Судя по фотографиям, ему хорошо за пятьдесят, а бакалавра он получил только в 1998 году (хотя, возможно, выглядит существенно старше календарного возраста, но тогда вопрос – почему?), защитил кандидатскую в 2004 году он якобы по теме российских СМИ, но в его более поздних работах не видно ссылок на русские источники, он быстро стал аналитиком в Центре асимметричных угроз при университете Минобороны Швеции и завёл связи с британскими научными издательствами Rootledge и Ashgate, в которые мог протолкнуть свои совместные работы с коллегами из восточноевропейских папуасий. При этом в своих публикациях на Западе Саймонс предпочитает не афишировать тот факт, что вплотную работает с РФ и в РФ (указывает шведскую и латвийскую аффиляцию), и вообще скромно умалчивает тот факт, что долго работал в проектах шведского Министерства обороны, и не поясняет, почему скромного новозеландского постдока позвали работать при шведском Минобороны.

Формально, в сотрудничестве с папуасами разных стран Саймонс больше выступает в роли редактора-организатора сборников, чем соавтора, проявляя при этом удивительную дискурсивную гибкость при подстраивании под аудиторию и установлении позитивной коммуникации, за которыми только потом следует продвижение своих мессиджей. Надо поработать с украинцами? Пожалуйста, расскажем, как Украина 400 лет страдала под гнётом злобной Москвы, пыталась и пыталась освободиться. Надо поработать с «россиянами»? Нет проблем, расскажем, как на РФ наезжает Запад, но она всё равно сильная, всех одолеет. Надо поработать с восточноевропейцами? Да нате вам сюжеты о том, как они вырвались из советского плена, но злая РФ атакует едва зародившиеся демократии. Саймонсу не присуще желание остановиться на одной теме и копать её вглубь, пока не получит какого-то научного прорыва: он внезапно загорается интересом к православию и восприятию ислама в России, организации российского медиа-пространства и Закавказью, укреплением ценностей в новозеландской армии и восприятием в инфопространстве экономических последствий пандемии коронавируса, сотрудничает с румынскими и украинскими исследователями, заводит контакты в Москве и Питере, Ёбурге и Тюмени, увлекается белорусским сюжетом (см. списки публикаций 1, 2, 3). Да и внешне Саймонс слегка напоминает Михайленко в лучшие времена последнего, когда тот катался по РФ, вербуя политоту и политологов, – добродушный с виду, низенький и компанейский толстячок-выпивоха, только без тёмных кругов под глазами… Волочись у Саймонса парашют за спиной, он смотрелся бы более органично.

В-шестых – last, but not least, – соавтором Саймонса по книге 2017 года “The Changing Face of Warfare in the 21st Century” стал румынский профессор политологии и президентский советник в 2010-2014 годах Юлиан Кифу (Julian Chifu) – тупой, но весьма энергичный и злобный русофоб, вовсю продвигающий западную повестку «гибридной войны». Скачать совместную книгу двух друзей у меня не получилось, но проиллюстрировать содержание книги может название четвёртой главы “Comparative view, ISIL versus ‘Little Green Men’” (сравнение игиловцев с «зелёными человечками»). Зато у меня есть румынский сборник 2016 года “Information warfare. The pattern of aggression” и сборник 2017 года “Torn between East and West. Europe’s border states”, редактируемые Кифу, в которых проповедуется сугубо западный нарратив о «российской гибридной агрессии» и «российской информационной войне», угрожающих фундаментальным основам западных демократий. Вот что пишет первый сборник:

«2. Операции троллей и другие операции, влияющие на медиа-пространство, руководятся из Москвы, хотя самая коварная цель состоит в том, чтобы задействовать внутренние ресурсы атакуемых стран. По всем признакам, Россия построила карту ресурсов, мнений принимающих решения лиц и властителей дум, и теперь обрабатывает каждый объект нюансированным, таргетированным образом. Она с равным упехом использует группы мнений, лояльные к России, сторонников мира, националистов, православных, антимигрантов, исламофобов, ксенофобов Европы вместе с силами левых или сталинистов, которые противостоят передаче полномочий в наднациональные учреждения ЕС и НАТО; она также использует людей, которые верят в теории заговора, всех анархистов, антикапиталистические левые структуры, а также антисистемные сообщества и структуры. Самое главное, она пытается подключить к своим операциям людей, которые искренне занимают позицию, совпадающую с целями [российской] информационной войны, задействуют людей втёмную, вовлекая их в свои операции или вербуя их напрямую, используя собственную инициативу людей, никак их не ограничивая.

3. Ведя военные действия на уровне троллей, Россия, судя по всему, использовала развитие возможностей Интернета за время президентской кампании 2014 года
/*имеется в виду Румыния – m.-k./, когда они определили индивидуумов, группы, блогеров, троллей, властителей дум, полезных для её войны и, после завершения кампании, выделила средства для дальнейшего продвижения их повесток, на создание независимых платформ для использованных людей, на локальном уровне, а затем вмешивались в эти группы со своими темами, обязательствами, описаниями, чтобы определить аргументы и направить дебаты в правильном направлении, для достижения своих целей. Для этого они вмешиваются в интенсивные дебаты, методично и запланировано, иногда отклоняя обсуждение от стартовой темы и заводя дискуссию к своей сфере интересов.

4. Наблюдалась внезапная активация большого количества «консерв» – лиц, оставленных в автономном плавании и внезапно реактивированных для задействования в определённых темах информационной войны. Властители дум, принимающие решения лица, журналисты, блогеры с собственной индивидуальностью… внезапно занимают странные позиции, которые никак не следовали из их предыстории, продвигая ту или иную тему, ту или иную последовательность в психологической операции. И трудно различить каким образом активируют объект – используют втёмную, по звонку или по оплате через явную финансовую схему. Отследить это – задача специальных органов. Но мы можем сказать, судя по уровню вовлечённости в эту деятельность троллей и блогеров, многие из них зарабатывают себе этим на жизнь: они используют на неё слишком много времени для искренних импульсов или естественных индивидуальных порывов, скорее, речь идёт о дополнительном источнике их доходов. В случае «консерв» следует идентифицировать в одночасье всплывшие семейные связи и родственников некоторых молодых людей, а также старые заброшенные «советские консервы», реактивированные ныне».


Второй сборник составлен в похожем духе, разве что, в нём (Гл. 7, с. 217) подана интересная информация о том, что «фабрики троллей» РФ функционируют не только в Санкт-Петербурге, но также в Таганроге, Курске и Нижнем Новгороде.

Когда я знакомился с этими материалами зимой 2019 года, меня несколько удивило явное несоответствие. В концептуальном плане оба румынских сборника были вторичны по сравнению с западноевропейскими, американскими и польско-прибалтийскими работами о «российской угрозе», просто воспроизводили полный набор штампов. В то же время, в них внезапно проявились весьма специальные знания авторов – о «консервах», о дислокациях фабрик троллей в РФ (лично я, правда, не знаю, насколько последняя информация точна, но вряд ли бы румыны совсем высасывали из пальца). Откуда им было это знать???

На самом деле, вопрос надо было ставить иначе – не «откуда», а «от кого». Когда Саймонса заслали в РФ изображать русофила для выявления на месте новых уязвимостей российского общества, вербовки новой агентуры в научном мире и дальнейшей фаршировки мозгов внешнеполитическим стратегам РФ, наконец, выступать в роли связного, то, естественно, он не мог не навести справки у кураторов «фабрик троллей», в каких ещё городах они действуют. Кифу просто нашептали, что писать.

Заинтересовавшись публичной экспертной деятельностью Кифу по текущей злободневной тематике, я попросил читателя, владеющего румынским языком, ознакомиться с комментариями Кифу для румынских СМИ. Он выделил две наиболее характерные публикации.

В статье от 15 мая 2020 года «Новая геополитика России пост-Ковид-19» автор рассказывает, как экономика РФ не справилась с коронавирусом и это приведёт к обрушению существующей экономической модели, а вообще Россия – средняя держава, неспособная играть на глобальном уровне, как того ожидает неадекватное население, мечтающее о могуществе прежних эпох. России нужно принять, что она региональная держава и встроиться в чужие проекты, наладить отношения с ЕС, осознать, что ядерное оружие уже не обеспечивает статуса великой державы, обеспечить независимость от Китая и не держаться за антиамериканский блок БРИКС. Но это невозможно с Лавровым, Сурковым и нынешним политическим классом, зато будет возможно с новыми, компетентными прозападными политиками XXI века. «Мнение» Кифу можно было бы понять, если бы оно не сопровождалось шаблонными обвинениями самой радикальной антироссийской пропагандой и совершенно неаналитическим злопыхательством:

«Колосс на глиняных ногах, созданный В. Путиным, доживает последние дни».

«И, хотя Россия понимает, что она не СССР и не царская Империя, она продолжает претендовать на право вето во всех глобальных делах, на право вето в системе европейской безопасности, на влияние во всём постсоветском пространстве (исключая страны Балтии)».

«Россия не могла игнорировать ужасный рост Китая…
[случившийся] за счёт воровства и хакинга… Китай превратился в проблему, как по причине экономической зависимости России от него, так и из-за эмиграции на Дальний Восток».

«Путинская Россия играла, используя энергоресурсы и мягкую силу в форме информационной войны, став сложным игроком, на которого нельзя положиться, в то время как ЕС прилагает усилия для борьбы с глобальным потеплением и снижения зависимости от углеводородов».

«Добавим сюда экономические санкции, как результат неприемлемого агрессивного поведения на Западе: убийств граждан на территории других государств, информационных войн, подрыва демократий, применения химического оружия в Британии, взлома Антидопингового агентства и Олимпийского комитета, исключивших российских спортсменов за государственную программу допинга, аннексию Абхазии, Южной Осетии, Крыма, агрессии на востоке Украины и многочисленных военных интервенций».

«Отношения с ЕС испорчены информационными войнами, хакерскими атаками против канцлера Меркель, вмешательством в европейские выборы, заигрыванием с каталонскими, и другими сепаратистами, с популистами и крайне правыми, попытками отделить Италию от ЕС».


В статье же от 3 мая 2021 года «Ковид-19, предательский кризис: коммуникация, доверие и раскол общества» автор весьма многословно и туманно произносит ни к чему не обязывающие банальности вроде «необходим баланс между эпидемиологами и экономистами, инфекционистами и социальными психологами, политиками и технократами», а на этом фоне обвиняет РФ, Китай и Иран в развязывании информационной войны против Запада на фоне пандемия с целью подрыва законной власти, нагнетания паники, распространения теорий заговора, подрыва производства западных вакцин и навязывания своих:

«Информационная война против демократии, развязанная авторитарными государствами, готовыми подорвать любую законную власть на Западе, во время пандемии…»

«Политикам приходится заявлять о смертях, жертвах, независимо от того, какова мера их ответственности в кризисе, который создал Господь».

«Вот почему я ценю решение президента Йоханниса
... <славословия>, который выступает за вакцинацию, но при этом уважает право выбора, прививаться или нет, и яростно отвергает любую дискриминацию непривитых».

«Ко всем сложностям управления в кризис, множеству жертв – умерших, больных, страдающих, – добавились подрыв авторитета и запланированные удары в рамках информационной войны со стороны автократий, прежде всего, Российской Федерации, но также Китая и Ирана – см. отчёты, регулярно публикуемые Европейской Комиссией, Госдепом США и специализированными учреждениями в Румынии. Эта кампания пыталась извлечь выгоду из внутренних уязвимостей, усилить страхи перед заболеванием и непредсказуемым развитием пандемии, – сделать всё, чтобы спровоцировать панику. В период марта-мая 2020 года пропаганде было свойственно усиление ужаса перед болезнью и создание паники. В пасхальный период была проведена кампания с призывом уважать права верующих, предпринятая на фоне неуместного и неудачного решения запереть людей в домах в ночь Воскресения.

Затем последовала целая серия теорий заговора, лжи и дезинформации о [якобы] более эффективных действиях автократий, по сравнению с демократиями. Пропагандистские усилия Китая были сосредоточены на попытках переложить ответственность за начало пандемии, в том числе, с помощью плохо организованной «масочной» дипломатии. Китай не хотел ответить – почему не делился информацией, почему не сдержал болезнь в Китае, позволив ей распространиться по миру, и убедил ВОЗ 10.01.2020, что вирус не передаётся от человека к человеку».

«Наконец, отрицатели пандемии и фальшивые защитники прав человека попытались извлечь выгоду из ценностей, которые демократии защищают при любых условиях».

«Общие тенденции сохраняются, но последняя мода – подорвать производство вакцин, созданных на Западе. В кампаниях информационной войны прославляются Спутник V и Sinovac, и дискредитируются эффективность и безопасность вакцин Pfizer, Moderna и, в особенности, AstraZeneca, не говоря уже про Johnson and Johnson».


Характерно, что один из комментаторов написал, что читает Russia Today и Sputnik, но не нашёл ни одной строчки, порочащей западные вакцины. И, напротив, западные СМИ полны порочащих статей в адрес русских и китайских вакцин с ложью, опровергаемой научными данными. Конечно же, непрошенного гостя сразу обвинили в работе на ФСБ.

И опять мы видим полный набор обвинительных штампов по адресу РФ, причём те из них, которые имеют под собой основания, содержат грубую подмену адресата обвинений. В самом деле, некоторые рупоры РФ преувеличивают тяготы пандемии на Западе, распространяют наветы на западные вакцины и восторгаются прокоронавирусным (антикарантинным и антипрививочным) движением в западных странах. Но эти рупоры ориентированы на внутрироссийскую аудиторию, максимум – на зарубежных русских, а потому, скорее, способствуют разгулу коронавируса в РФ и вымиранию зарубежных русских, чем подрыву Запада. А ведь это принципиально расходится с обвинениями Кифу, но он обо всём умолчал. Почему? Откуда у него такие подробные данные о прокоронавирусной пропаганде внутри РФ и что его с нею связывает?

Кроме того, Кифу не ограничился обвинениями РФ, а умудрился выдвинуть несколько тезисов, из которых была видна его собственная «позиция» по регулированию кризиса. И тут мы видим какой-то сумбур: ни одного решительного предложения, идущего вразрез с тем, что дозволено писать, но много непонятных «компромиссов» – о нагнетании врагами паники вокруг коронавируса в начале пандемии (где он видел панику?), о напрасном закрытии церквей на Пасху, о недопустимости дискриминации непривитых.

Словом, как ни старался Кифу, в итоге и самому пришлось внезапно вещать «странные вещи». Так что про «консервы» он писал со знанием дела, поскольку и сам задыхался в жестяных оковах, только вот чья именно он консерва? Уж точно не советская. И не Саймонс ли с таким скрипом вскрыл его на пандемию?

И наконец, почему Кифу, убеждённого русофоба, нисколько не «напрягало» сотрудничество Саймонса с РФ и его публикации для внутрироссийской аудитории, в которых рассказывалось, что это не РФ затеяла «гибридную агрессию» против Запада, а ровно наоборот?

* * *

То, что мы узнали про Саймонса, позволяет открыть совершенно новую роль во внешнем управлении.

Напомним, с какого пассажа начинался опубликованный в 2019 году цикл о «гибридной войне»:




Из собранных нами данных выходит, что роль Грегори Саймонса в этом процессе состоит в том, чтобы коммуницировать с академическим сообществом с разных сторон «линии фронта», задавая рамки восприятия происходящих процессов и, в частности, ставя дальнейшую стратегию различных стран в зависимось от навязанного им понимания, тем самым задавая дальнейший ход событий. Саймонс не просто рассказывает в Румынии и на Украине, как на них нападает «Россия» в рамках гибридной агрессии, – он даёт категориальный аппарат, позволяющий описать несуществующее нападение Кремля именно в рамках теории «гибридной войны» и отвечать этому всё так же «гибридно», а также готовит в этих республиках доморощенные кадры типа того же Кифу, способные воспроизвести сконструированную в более западных странах риторику конфликта или даже ужесточить её... Саймонс не просто просвещает жителей РФ, как Запад ведёт против них «гибридную войну», – он снабжает представителей науки РФ категориальным аппаратом, на основе которого в РФ осмысливается «накат» Запада и придумываются ответные меры. Поразительная тематическая широта позволяет ему задать категориальные рамки для осмысления всех актуальных для РФ международных конфликтов и (ввиду полученного Саймонсом авторитета) заставляет обществоведение в РФ держаться в этих рамках, не копая глубже и дальше.

Таким образом, задавая рамки понимания конфликта разными сторонами и загоняя их действия в этом конфликте в коридор, установленный этими рамками, Саймонс управляет тем явлением, которое получило название «гибридной войны» между Западом и РФ. Это «военный дирижёр», осуществляющий рефлексивное управление всеми участниками конфликта, – роль, о наличии которой мы до сих пор только догадывались, а теперь можем конкретно назвать одного из людей, взявших на себя эту функцию. А ещё ведь, наряду с «военными дирижёрами» есть и «военные композиторы» – хозяева саймонсов, по заданию которых «дирижёры» исполняют функции связных. Конечно же, надо снова повторить, что рефлексивное управление – только одна из составляющих американской гегемонии, которая дополняется прямым задействованием сознательной агентуры, но, всё же, оно тоже вносит немалый вклад в происходящее, направляя развитие событий, задание когнитивных рамок осмысления происходящего в академической среде – едва ли не самый высокий уровень рефлексивного управления.

Организаторы «Валдайского клуба», пригласившие Саймонса на свои посиделки, выполнили свою часть задачи по его раскрутке внутри РФ (как мы знаем, заброшен в страну он был ещё раньше, но появление Саймонса на Валдайском клубе совпало с рубежом, начиная с которого внутрироссийские публикации Саймонса пошли «косяком» – видимо, примерно тогда ему и выделили грант). Публикация же в журнале клуба статьи Саймонса с разоблачением некоторых методов поддержания американского гегемонизма не наносит ему большого ущерба, потому что недостаточно детализирует его инструменты. То, что она свела воедино, было и так понятно без Саймонса, зато он отравляет наше понимание процесса ложным тезисом об отмирании американской гегемонии и оборонительном характере её международных акций.

Внедрение Саймонса в РФ оказалось успешным – теперь он, помимо лекций и круглых столов там и сям, дирижирует исследованиями «гибридной войны» и в области информационной безопасности, получил специальный грант из бюджета РФ на раскрытие уязвимостей российского общества. Лиса возглавила исследования по безопасности кур, получая от последних щедрое вознаграждание. Чтобы понять, что именно Саймонс надирижировал, нам следует «пошерстить» его российские рабочие контакты – вдруг найдём что-то интересное.

/Продолжение следует./


Tags: КСС, ПЧА, агентура, внешнее управление, наука
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments