miguel_kud (miguel_kud) wrote,
miguel_kud
miguel_kud

Categories:

Экономические перспективы Украины в длительном беге (многабукафф)

                                                             Печально я гляжу на наше поколенье
                                                                                                 М.Ю.Лермонтов

Наблюдая за политической эволюцией Партии Регионов и других украинских движений, основанных на бизнес-интересах, трудно отделаться от впечатления, что как раз нацеливание на бизнес-интересы участников, по крайней мере, стратегические, поставлено в этих партиях не очень здорово. Общая установка на строительство независимой Украины, принятая в 1991 году, настолько сужает рамки поиска, что любая власть мечется в коридоре между плохим и худшим. Для того, чтобы подступить к исследованию этой темы, посмотрим, какие возможности сулит народному хозяйству Украины сохранение государственной независимости и альтернативные варианты, а также как ведёт себя перед этими альтернативами бизнес-класс.

«Але щось тримає, тягне до трави»*

Посмотрим сначала на долгосрочные экономические перспективы Украины – неважно, будет ли сохранён её нынешний «многовекторный» курс или удастся приткнуться «равноправным» (читай, младшим) партнёром в орбиту России или ЕС.

К сожалению, большинство злободневных экономических обзоров сосредоточены на краткосрочных колебаниях и достижениях отдельных отраслей, на росте или снижении занятости, движении цен и других сиюминутных индикаторах. Они приписывают все успехи или провалы действующей власти и начинают экстраполировать текущие тенденции в далёкое будущее, которое-де именно таким и останется при сохранении того же режима.

Но конъюнктурные колебания, особенно в сильно зависимой от мирового рынка украинской экономике, – вещь неизбежная. Бессмысленно, говоря о перспективах страны через 10-20 лет, распространять на далёкое будущее спад последнего года, если ему предшествовал длительный экономический рост, или, наоборот, обещать вслед за успешным годом бесконечное продолжение быстрого роста. В конце концов, в силу распространения технологий, никакая страна не может бесконечно отрываться в своём развитии от остального мира и расти, скажем, на 10% в год в течение ста лет, пока остальной мир растёт только на 2-3% в год. И наоборот, отставать от всего остального мира бесконечно никакая страна не сможет. Рано или поздно новые технологии и организация производства станут поступать и туда, а степень отставания стабилизируется. Жизнь в долгосрочном плане будет улучшаться по-любому – вопрос только в том, насколько она будет хороша относительно других стран.

Иными словами, в долгосрочном разрезе развитие будет идти во всех странах, причём в подавляющем большинстве случаев – со скоростью развития передовых в технологическом и организационном отношении государств. А вот будет ли это уровень Нагонии, стабильно отстающей от США в 40-50 раз, или Марсиании, стабильно опережающей Америку по уровню развития в 10 раз, зависит от конкретной страны – её политической и экономической организации, способности вовремя реагировать на поступающие вызовы и изменяться, перенимать чужие технологии или развивать свои, умения торговать, культурных особенностей, местоположения и т.д. В отдельных случаях – когда страна коренным образом меняет своё естество – возможен переход отдельных стран из одной группы развития в другую.

С этой точки зрения большинству стран со стабилизировавшимся бытием присуща определённая степень постоянного отставания от стран-лидеров или определённая степень постоянного развития относительно среднемирового уровня (естественно, приблизительно: речь идёт о коридоре, включающем краткосрочные колебания вокруг этого динамического уровня). Иногда – когда бытие страны страновится другим – степень отставания или опережения может сильно измениться. И наша задача – понять, какое место в этой жизни уготовано Украине и возможен ли её переход в группу стран с более высокой траекторией развития путём резкой смены бытия. Мы попытаемся оценить факторы, влияющие на долгосрочные экономические позиции Украины – спрогнозировать, какой она станет тогда, когда, с одной стороны, уйдут краткосрочные преимущества, позволившие ей подняться выше своего «естественного» уровня, и, с другой стороны, будут преодолены краткосрочные нелепые препоны, мешающие республике стать богаче.

С одной стороны, панические пророчества об экономическом коллапсе, приводящем к страшному голоду и массовой гибели населения, не сбылись. По итогам «переходного» периода 90-х и 2000-х, Украина уверенно удержалась в числе среднеразвитых стран, стабилизировав своё отставание от мировых лидеров по душевому ВВП на уровне примерно 1/6 от американского.

С другой стороны, удастся ли ещё сократить разрыв, хотя бы до уровня советской Украины? Очевидных источников для этого пока не заметно.

1. Для того, чтобы радикально сократить разрыв, Украина должна в течение длительного времени расти быстрее, чем остальной мир, и сокращать разрыв со странами-лидерами. Насколько высока будет на Украине предпринимательская активность, повышающая производительность экономики? Позволит ли она расти быстрее? По Шумпетеру, основными путями создания новых комбинаций, позволяющих предпринимателям более эффективно использовать ресурсы и извлекать прибыль, являются производство новых благ, применение новых способов производства и коммерческого использования благ существующих, освоение новых рынков сбыта, освоение новых источников сырья и поставок, изменение отраслевой структуры. Все эти процессы так или иначе идут на Украине даже сейчас. Существующие предприниматели занимаются техническим обновлением и организационными изменениями на производстве, внутренние и иностранные инвестиции изменяют отраслевую структуру, приводят к созданию и внедрению новых технологий и товаров. Правда, в последние годы этот процесс едва успевает перекрывать объективное ухудшение внешних условий – падение цен на основной экспортный товар и подорожание импортируемых энергоносителей, – но рано или поздно ухудшение конъюнктуры приостановится и технологический рост перекроет его влияние.

Основная проблема – в том, что не видно источников ускорения этого процесса. Стимул международной конкуренции в открытой экономике (Украина несколько лет член ВТО) уже сейчас даёт свои плоды, заставляя производственников как-то изменяться и позволяя стране хотя бы не отставать ещё больше. Можно было бы рассчитывать на новых инвесторов, которые заставят экономику быстрее «крутиться». Но иностранные инвестиции и организация и так идут в страну, когда они достаточно рентабельны. Искусственных ограничений для закупки новой техники и перенятия лучшей организации, вроде бы, нет ни с «этой», ни с «той» стороны. Разве что, если к «искусственным ограничениям отнести общую неорганизованность и отношение к бизнесу госаппарата; к этому вопросу мы вернёмся ниже. В целом же, если обновления не происходит быстрее, а инвестиции не идут ещё более широким потоком, значит, дальнейший рост экономики сдерживается какими-то более мощными и фундаментальными параметрами, чем искусственное ограничение конкуренции и инвестиций.

Иными словами, с точки зрения обновления технологий и инвестирования, Украина и так показывает тот долгосрочный рост, который возможен с действующей организацией власти и отношением к бизнесу со стороны госаппарата, с наличной внешней конъюнктурой, с наличным внутренним рынком и богатством, с наличными кадрами и желанием работать. Это и есть те фундаментальные параметры, которые можно попытаться изменить, чтобы повлиять на скорость организационно-технологического обновления и на масштабы инвестирования, чтобы перевести Украину на много позиций выше. Скажем, до российского трёхкратного отставания от США по душевому ВВП. Исследуем сейчас, насколько реально изменить эти фундаментальные параметры.

2. В нынешней аналитике уделяется очень много внимания коррупции, репрессивной налоговой системе и другим факторам, которые в умных текстах принято называть «институтами», а в нашем упрощённом изложении достаточно объединить под названием «порядок». По общему мнению нашей публицистики и обывательских суждений, это едва ли не основной фактор, препятствующий инвестициям и предпринимательской активности. Так ли это? Может ли Украина навести такой «порядок», чтобы результат заметно изменил место Украины в мировой табели о рангах?

Начнём с того, что перечисленные проблемы никогда не будут решены на Украине в той же степени, как, например, в Сингапуре. Само общество не согласится на ограничения и репрессии, связанные с полным отсутствием коррупции, безупречным порядком сбора налогов и т.д. Нашему человеку легче заплатить взятку после нарушения на дороге или при пренебрежении пожарной безопасностью, чем поступать строго по закону.

Для того, чтобы полностью преодолеть безалаберность и навести общий порядок, необходима такая общенациональная мобилизация, на которую Украина неспособна в силу устоявшихся культурных и политических черт. Центральноевропейские страны и правящие этносы Прибалтики, объединённые навязчивой идеей убежать от России и стать частью Запада, шли ради этой сверхцели и на серьёзную борьбу с коррупцией, и на любую другую ломку своего естества. Власти прибалтийских республик не побоялись идти на непопулярные меры вроде полной оплаты тарифов ЖКХ населением в Литве или чудовищного послекризисного урезания расходов в Латвии и Эстонии.

Украине оказалась недоступна такая же лёгкость по урезанию уровня жизни и борьбе с устоявшимися привычками. Вжившиеся во все поры плюрализм, толерантность и демократичность создают из украинской политики трио Лебедя, Рака и Щуки. Приемлемого компромисса без зашкаливающего людоедства в стране с такой конфигурацией достичь можно, но никакой мобилизации никогда не будет. Правительство Азарова даже не смогло осилить рекомендации МВФ вроде повышения цен на газ и ЖКХ до уровня импортных и бездотационных. Оно предпочитает дорогие кредиты на долговых рынках дешёвым кредитам МВФ, потому что те сопряжены с непопулярными мерами по оздоровлению экономики. Например, не захотев ликвидировать дефицит бюджета за счёт повышения цен на газ и прекращения дотаций «Нафтогазу», оно стало урезать ряд бюджетных проектов и финансирование традиционных бюджетных сфер вроде науки, что приводит к большему депрессивному эффекту, чем взимание денег с населения за счёт повышения цен. Устойчиво «болотная» политическая ситуация привела к неоптимальному решению, хотя его неоптимальность была всем видна с самого начала. Да: в конце концов, эта неоптимальность будет устранена... может быть, пройдёт восемь лет или десять. Но надо понять, что такой боязливый подход к очевидным мерам вошёл в систему, идёт ли речь о ценах на газ или борьбе с курением и пьянством. Каждая по отдельности здравая реформа будет приниматься с опозданием в 10-20 лет, что и определит стабильный уровень отставания страны.

Итак, Украине настоящая мобилизация по типу Прибалтики или Сингапура недоступна. Да и не факт, что она ей нужна, если учесть, какой демографической ценой оборачивается для Прибалтики и Сингапура подобный надрыв сил народа (ещё более быстрое сокращение населения в Прибалтике, чем на Украине, катастрофически низкая рождаемость в Сингапуре).

Таким образом, «институциональные» проблемы Украины, связанные с общим «порядком», конечно же, будут рано или поздно смягчены, но не преодолены полностью или почти полностью, как это произошло в Сингапуре. И уж во всяком случае, не видно, почему они должны решаться быстрее, чем в решаются в Латинской Америке или Африке. В результате на Украине несколько упростится ведение бизнеса, будут легче появляться новые производства, возможные при наличных ресурсах и кадрах. Тогда отставание от США станет не в 6 раз, а, в лучшем случае, в 5,5, и всё. Относительно среднемирового уровня Украина не вырастет, там ведь тоже вовсю «улучшают институты».

На самом же деле, острота «институциональных» проблем вроде коррупции и чиновничьего пресса сильно преувеличена. В конце концов, само по себе решение проблем налогообложения и коррупции едва ли появлияет на наличные ресурсы и кадры, на состояние рынка, которые и определяют принципиальную возможность создания какого-то производства. Односторонний и явно преувеличенный интерес публицистики и обывательского мнения к «институтам» только мешает уделить должное внимание другим тормозам на пути экономического развития. Хотя и «аналитиков» можно понять: намного проще привлечь симпатии читателя и слушателя, сваливая все проблемы на каких-то ворующих чиновников, чем честно сообщая, что добрая половина всех читателей, а не только чиновников, не на своём месте.

3. Посмотрим теперь, как обстоит дело с кадрами, с человеческим потенциалом. Если в «институциональных» проблемах можно ожидать хотя бы некоторого улучшения, то в кадровом вопросе, скорее всего, будет только хуже (относительно среднемирового уровня), чем сейчас. Нынешний кадровый состав украинской рабочей силы – это чудесное сочетание советского технического задела и сервисно-коммуникативных способностей молодёжи. Если говорить о первой составляющей, то большинство позиций украинского материального производства опирается на старые кадры или новые кадры, вышедшие из уходящей советской образовательной системы. Востребованные сейчас программисты, ракетчики, инженеры разных мастей, обслуживающие металлургический комплекс и агропром, – это прямо (в случае инженеров) или косвенно (в случае программистов) продукт большой империи, решавшей задачу промышленной экспансии и удержания военных технологий на приемлемом уровне. У Украины никогда не будет ни тех же масштабных задач, ни тех ресурсов, которые необходимы для подготовки нужного количества и качества кадров, чтобы создавать технологии мирового уровня в широком диапазоне.

Конечно, инженеров будут «клепать» и дальше, но уже только таких инженеров, которые необходимы для рутинного освоения импортируемых технологий, для соблюдения технологических процессов. Поскольку это теперь будет узкая подготовка в ВУЗах, слабо связанная с комплексными НИОКР и разработкой новых технологий, кадры будут выходить неплохие, но на уровне, как минимум, отстающем от мирового не меньше, чем сейчас. Мы тут даже опустили общую деградацию образования, потерю молодёжью элементарной грамотности.

Негативный прогноз по состоянию кадров на Украине следует подкрепить прогнозом об изменении национального характера, привычек и интересов большинства населения. Русский народ хорош, когда способности и таланты самых разных его частей соединяются в разных делах. Но отдельно на Украине великорусский компонент, способный на организацию больших промышленных проектов, будет постепенно сходить на нет. Превалировать будет малороссийский и галичанский компонент, больше великорусского способный на сервисные услуги и индивидуальный подход к потребителю, но едва ли способный, сам по себе и без вклада великорусского характера, к созданию принципиально новых промышленных производств. (К слову сказать, в случае изоляции от Украины можно ожидать, что сервисный сектор в РФ, если и будет на уровне украинского, то только за счёт его оккупации мигрантами: великорусский характер тоже несколько односторонен.)

4. Итак, ситуация с кадрами на Украине будет, скорее всего, только ухудшаться – если не абсолютно, то, как минимум, относительно передового уровня развитых стран. А как обстоят дела с доступным для украинского бизнеса рынком, со средой для создания технологий и новых товаров?

Увы, и тут есть сомнения, может ли положение в этом аспекте, относительно мирового уровня, стать лучше теперешнего. Отдельно Украине не нужны передовые продукты, которые заказывал её предприятиям СССР, благодаря чему в республике и появилась передовая промышленность. Даже в кооперации с Россией, будучи в статусе, приравненном к белорусскому, украинские предприятия не получат заказов на самые продвинутые технологии военного назначения, разрабатываемые в России, а о западных заказах, даже в случае вступления в НАТО и ЕС, речи вообще не идёт. Там украинцы чужие по этническим, религиозным, культурным причинам. Даже если бы Запад политическим решением лидеров принял их в качестве полноправных членов, перечисленные объективные барьеры замедляли бы распространение технологии и организации.

Пока что ведущие позиции в украинском экспорте занимают промышленные продукты неглубокой переработки (металлургия, химия), продовольствие, транзит. Всё это товары, производство которых основано на известной технологии: бери и пользуйся. Производительность будет расти по мере того, как в этих отраслях по всему миру будут появляться и внедряться новые технологии. Но более быстрого развития и перенятия, чем сейчас, тоже не предвидится. Например, цены на газ для почти всей промышленности уже подняты до мировых, и непонятно, что ещё могло бы подтолкнуть её к более эффективной модернизации, к лучшему ресурсосбережению. Видимо, теперь уже сказывается кадровая ограниченность и другие барьеры, снижающие скорость распространения новых технологий. Конечно, рано или поздно экономика Украины диверсифицируется, но и в новых отраслях, которые составят основу народного хозяйства через 20-30 лет, останутся те же проблемы, обусловливающие определённое отставание от передового края, что и сейчас.

«Куда ни кинь – всюду клин». Чтобы не утомлять читателя вводной частью, сформулируем резюме. В рамках принятой в 1991 году парадигмы независимости нет никаких очевидных реформ, реальных в политических и культурных условиях Украины, которые бы коренным образом улучшили условия, определяющие долгосрочный уровень развития страны. Конечно, жизнь в долгосрочной перспективе неизбежно будет становиться комфортнее и лучше, экономический рост неизбежно возобновится, но только с теми темпами, с которыми улучшается положение в остальном мире. Поэтому степень обиды и недовольства своим положением будет сохраняться, разве что национальный характер изменится в сторону примирения с постоянно большим отставанием. Правда, кого-то постоянное отставание устраивает уже сейчас. Украина заняла своё место в мировой экономической табели о рангах, на котором (примерно) в обозримом будущем и останется, пока есть независимая Украина. Если ей и удастся несколько сократить разрыв с лидерами экономического развития вроде США, то только если те надолго застрянут в нынешней стагнации, а Украина – нет. Когда там возобновится рост, Украина снова подотстанет – и так далее. По сравнению же со среднемировым уровнем Украине точно ничего не светит.

«Що могла б дiстати навiть до зiрок»

Возможно ли для Украины вырваться из нынешнего коридора, как говорится, «хоть тушкой, хоть чучелом»? Представляется, что выход есть, но именно такой, как сказано в упомянутой шутке: «тушкой» и «чучелом». Речь идёт о глубокой реинтеграции Украины в Российскую империю, которая коренным образом улучшит положение по всем четырём группам факторов, определяющих долгосрочный экономический уровень страны. Давайте проанализируем по порядку получаемые преимущества и сравним их с тем, чего бы Украина добилась при альтернативных вариантах интеграции «тушкой» и «чучелом» – в Европу и (потенциальный) Исламский Халифат.

1. Начнём с того, что в рамках единой Российской империи у Украины должен быть более высокий технологический уровень относительно среднемирового. Конкуренция на крупном рынке подхлестнёт предпринимателей быстрее проводить техническое обновление, организационные изменения на производстве, изменение отраслевой структуры, создание и внедрение новых технологий и товаров по сравнению с тем, как это происходит сейчас.

Не все понимают, почему в единой стране конкуренция становится сильнее. Казалось бы, для создания высококонкурентной среды достаточно сделать экономику открытой и подчиняться правилам ВТО. Однако это не совсем так. Конкуренция на едином культурном пространстве, без языкового барьера и государственных границ станет намного более жёсткой, чем при наличии этих барьеров. Расширятся возможности для инвестиций украинских предпринимателей в других регионах Империи, равно как и возможности инвестировать на Украине для предпринимателей из других регионов – и всё это без «естественных» препон, которые затрудняют инвестиции в случае, если есть хотя бы языковой или межгосударственный барьер.

Вхождение в ЕС или Исламский Халифат не обеспечит Украине перечисленных возможностей в той же степени, в которой они обеспечиваются вхождением в Российскую империю. Культурный барьер оставит конкуренцию неполноценной, а «профит-центры» технологического развития ЕС, пользующиеся в первую очередь достижениями науки и техники, останутся в странах-гегемонах Европы.

Необходимо также отметить, что Таможенный Союз, ЕврАзЭС, даже вхождение в Союз России и Белоруссии – паллиативы, смягчающие, но не решающие проблемы и не обеспечивающие Украине всех преимуществ, которые даст полное вхождение в Российскую империю. Да, вырастет конкуренция, но она останется слабее, чем была бы в едином государстве с едиными жёсткими правилами, без защиты «своих» местной властью. Да, станет больше совместных технологических проектов Украины и России, но степень доверия россиян к Украине, а, следовательно, и доступ к лучшим кускам «пирога» будет ниже, чем в случае полной интеграции Украины в Россию, когда малороссы, новороссы и галичане станут стопроцентно «своими».

(Вообще же, большой бедой «пророссийской» части украинского политического спектра является возложение избыточных экономических надежд на Таможенный Союз. Это может привести к дискредитации пророссийских политических сил, когда вхождение в Таможенный Союз не даст всех обещанных благ. Если говорить о долгосрочном развитии, то роль поблажки в ценах на газ, обещанной Украине в случае вступления, практически нулевая. Она только позволит пережить нынешний экономический кризис, плохую внешнюю конъюнктуру и, может быть, сохранить политический режим. Но дополнительные 100-200 долларов на человека в год не меняют долгосрочное положение в мировой табели о рангах: не такие уж и большие деньги. Кроме того, сохранение заниженных цен на газ, давая поблажку в текущих расходах, уменьшит стимулы к ресурсосбережению и будет тормозить экономическое развитие. Устранение же искусственных препон для международной торговли рано или поздно произойдёт не только на внутренних, но и на внешних границах Таможенного Союза. Останутся барьеры «естественные», связанные с различием культур и государственных устройств, а лучше бы их между Украиной и РФ не было. Но, за исключением небольшой скидки на газ, даже те преимущества, которые сулит вступление в Таможенный Союз, дадут о себе знать постепенно, по мере «притирки» друг к другу давно разорванных экономик.)

2. Возможность наведения в той или иной стране «порядка» в экономике часто связывают с размерами: дескать, в маленькой стране проще построить правильные институты. Может быть, когда-то так и было, но в наши дни необходима способность устанавливать единые правила игры, сразу применимые на большом рынке, в рамках которого будут действовать отечественные предприниматели. Это доступно большим странам.

Кроме того, важным преимуществом единой Российской империи станет её намного меньшая интеллектуальная зависимость от западных политологических концепций, чем по отдельности РФ, Украины и Белоруссии. На данный момент необходимой интеллектуальной независимости недостаёт даже России. Так, мэйнстримом её политэкономической фронды стали мутные тексты, привязывающие, скажем, качество экономического регулирования к «честным выборам» и общественному контролю. Сомнительные утверждения вроде того, что коррупцию можно побороть политической конкуренцией, берутся на вооружение оппозиционной и провластной прессой, а затем перекочёвывают в речи и действия руководителей, некритично воспринимающих общепринятые глупости «креативного класса». В единой стране, меньше оглядываясь на готовые подсказки западных доброхотов, быстрее бы поняли, что реально не так в государственных институтах, из-за чего на самом деле чего не удаётся установить здоровую налоговую систему и побороть коррупцию. (С другой стороны, полноценно войдя в ЕС, Украина получила бы демократические институты, «списанные» с западноевропейских образцов. Как показывает опыт Греции, не имевшей сбалансированный бюджет с правления «чёрных полковников», демократия не очень помогает построению здоровой экономики.)

Наконец, политическая конфигурация в рамках единого российского государства устранит те специфические барьеры хуторянского порядка, которые по отдельности на Украине, в России и Белоруссии препятствуют общенациональной мобилизации в целях ускорения развития. Глубокая интеграция Украины в Россию должна включать и устранение киевской элиты с её политическими привычками и манерами принятия решений (без принятия аналогичных мер к элитам региональным), отказ от той специфической украинской демократии, когда самые очевидные решения бесконечно вязнут в болоте «непозволямов».

3. В составе Российской империи Украина заметно улучшит человеческий потенциал. Во-первых, единые научные и технологические проекты, всесторонняя система образования улучшит положение с кадрами. Во-вторых, сохранение разнообразия субэтнических характеров разных ветвей русского народа позволит развивать все отрасли – крупного и мелкого материального производства, сферы услуг, – силами тех людей, которым данный вид деятельности лучше всего даётся.

В то же время, мечтаемое нахождение в ЕС усугубит сервисную направленность украинской экономики. Большими промышленными проектами будут заниматься немцы и французы, а соответствующие технологии будут распространяться на Украину с опозданием ввиду культурного барьера.

4. Доступные для украинского бизнеса рынок и среда для создания технологий и новых товаров станут намного лучше в единой Российской империи. Выросшие размеры экономики и появление перед единой Империей задач сверхдержавы приведут к более интенсивной разработке новых технологий. Тут уже дело не в конкуренции, а, напротив, в возможности экономии на масштабе, в больших имперских проектах по поддержанию обороноспособности и современной инфраструктуры, в наличии комплексной науки, интегрированной с возможными приложениями внутри страны, а не привязанной только к международным журналам и их индексам цитирования.

Итак, основные факторы, влияющие на долгосрочный уровень экономического развития Украины относительно других стран, станут намного более благоприятными в случае вхождения в Российскую империю и не станут – в случае «ухода» Украины на запад или на юг. Присоединение к России позволит Украине перейти на более высокую траекторию развития – с ВВП на душу населения минимум в два раза выше, чем на нынешней траектории: ведь и российская экономика станет более успешной вместе с украинской в силу тех же преимуществ от интеграции, что мы перечислили выше. В составе России, вместе с другими ветвями русского народа, можно будет искать, как подняться выше, какие нужны перестройки в обществе.

В этой связи интересно вспомнить знаменитую речь Богдана Хмельницкого на Переяславской Раде. Кому-то может показаться смешным, что гетман даже не поднимал вопрос об оптимальном пути независимого развития Малороссии, а только обсуждал с казацкой старшиной, под кого лучше «лечь». На самом же деле, этот эпизод не является зазорным: просто такова судьба Украины. Конечно, если она согласна на сохранение своего нынешнего ранга, она может остаться независимой и «многовекторной». Если же она хочет существенно подняться, то вопрос – не в том, какие ей нужны реформы, а только в том, куда пойти «тушкой» и «чучелом». И чтобы лучше понять проблему, перечитаем речь Богдана:

«Паны полковники, есаулы, все Войско Запорожское и все православные христиане! Ведомо вам всем, как Бог освободил нас от рук врагов, гонящих Церковь Божью и озлобляющих все христианство нашего восточного православия.

Вот уже 6 лет живем мы без государя, в беспрестанных бранях и кровопролитиях с гонителями и врагами нашими, хотящими искоренить Церковь Божию, дабы имя русское не помянулось в земле нашей, что уже очень нам всем наскучило, и видим, что нельзя жить нам без царя.

Для этого собрали мы Раду, явную всему народу, чтобы вы с нами выбрали себе государя из четырех, кого хотите: первый царь – турецкий, который много раз через послов своих призывал нас под свою власть; второй – хан крымский; третий – король польский, который, если захотим, и теперь нас еще в прежнюю ласку принять может; четвертый – есть Православный великой России государь, царь великий князь Алексей Михайлович, всея Руси самодержец восточный, которого мы уже 6 лет беспрестанными молениями себе просим.

Тут которого хотите выбирайте! Царь турецкий – басурман: всем вам известно, как братья наши, православные христиане, греки беду терпят и в каком живут от безбожных утеснений; крымский хан – тоже басурман, которого мы, по нужде в дружбу приняли, какие нестерпимые беды испытывали! Об утеснениях от польских панов нечего и говорить: вы сами знаете, что лучше жида и пса, нежели христианина, брата нашего, почитали.

А православный христианин великий государь – восточного единого с нами благочестия, греческого закона, единого исповедания, едино мы Тело Церковное с православием великой России, главу имея Иисуса Христа. Это великий государь, царь христианский, сжалившись над нестерпимым озлоблением православной Церкви в нашей Малой России, шестилетних наших молений не презревши, теперь милостивое царское сердце к нам склонивши, своих великих ближних людей к нам с царской милостию своею прислать изволил. Если мы его с усердием возлюбим, то, кроме его великой царской руки, благотишайшего пристанища не обрящем.

Если же кто с нами не согласен, то куда хочет – вольная дорога».


«Але смотрить в небо жаба все одно»**

Вместе с тем, несмотря на то, что практически любой анализ показывает целесообразность возвращения Украины в Российскую империю с экономической точки зрения, именно такой сценарий вызывает немало экономических страхов и среди обывателей, и в бизнес-среде. Если как-то рационализировать эти страхи с учётом нашего анализа, то по ним выходит, что воссоединение продвинет Украину резко вперёд, но лично для многих, особенно для предпринимателей, обернётся потерями. Так ли это? Имеем ли мы дело с реальной угрозой или мнимой?

Представляется, что и тут мы имеем дело с устоявшейся традицией неверного анализа, конкретно – с опасным заблуждением, которое навеяно классом националистических политологов, завладело умами масс и теперь определяет неверную стратегию украинского бизнес-класса.

Предположим, что Украина присоединится к России, даже войдёт в неё областями. Оправданы ли страхи украинских олигархов, что им придётся «лечь» под олигархов российских, оправдано ли опасение, что «более сильный» российский бизнес съест украинский? На самом деле, едва ли угроза настолько реальна. В России, как и на Украине, прямое бандитское рейдерство уже затруднено; поэтому вероятность «потерять всё» в результате силового захвата конкурентом останется такой же. Ахметов останется при своих металлургических предприятиях, Порошенко – при конфетных фабриках. (Если, конечно, не станут всеми силами лезть в политику и торпедировать объединение, что повлечёт заслуженные репрессии.) Дальнейшая их судьба определится в конкурентной борьбе, способности соревноваться за потребителя по цене, качеству и механизму продаж. И не факт, что ахметовы и порошенко сразу проиграют борьбу с российскими конкурентами, – просто на более крупном рынке станет больше компаний, которые на первое время все сохранятся, а там – как судьба поведёт.

Ещё одна возможная причина для потери бизнеса украинским предпринимателей – «наезд» конкурента, поддержанный властями страны. Однако нет оснований думать, что руководство воссоединённой России станет давить бывших украинских олигархов, чтобы их собственность перешла к олигархам российским. У Путина и других забот полно. А без поддержки высшей государственной власти прежние олигархи РФ передавить прежних олигархов украинских не смогут. Могли бы за длительное время и без поддержки государственной власти, только за счёт лучших экономических характеристик своего бизнеса, а настолько ли они лучше? Уровень примерно одинаков, у одних лучше в одних аспектах, у других – в других. Слегка перефразируя Гоголя, можно сформулировать общий тезис: те бизнесы, которые умрут в воссоединённой России, и так умрут без воссоединения, а те бизнесы, которые выживут в условиях украинской независимости, выживут и в воссоединённой России. Кроме самых плохих и не нужных стране бизнесов, прикрывающих своё неумение государственными границами, дабы не иметь конкуренции. Зато многие бизнесы, который умрут в разделённых странах, получат возможность развиваться в единой России.

То же самое относится к среднему бизнесу, а также к местным и региональным властям. Никому не нужно будет убирать Добкина и Кернеса (губернатора Харьковской области и мэра Харькова, соответственно) со своих должностей после переподчинения Харьковской области Москве, пока они и так неплохо справляются с управлением и развивают родной город не в ущерб ни себе, ни землякам.

В итоге, объединение станет выгодно всем людям, которые хоть что-то умеют. Бизнес получит крупный рынок, возможность тонкой специализации и конкуренции за счёт реальных талантов и достижений. Рядовые трудящиеся получат лучший выбор рабочих мест от бизнеса. Научный мир и сфера образования получат нормальное финансирование и возможность большого творчества для единой Империи. Честные госслужащие и управленцы получает возможность служить великой стране, получая от неё почёт и достаток.

В проигрыше окажутся только никудышные промышленники и негодные работники, у которых руки непонятно откуда выросли и не позволяют существовать своим трудом без господдержки, да национально свидомая интеллигенция, которая ничего не умеет, кроме как отрабатывать гранты и спиваты дурни писни погаными голосами. Проиграют коренные москвичи и основная часть жителей Киева, которые лишатся привычных кормушек, связанных с бардаком и разделённым состоянием Империи, а также суженной конкуренцией за место в столице. Им надо предоставить возможность вернуться на чернозёмы с суглинками и дожить свой век в честном достойном труде. А страна продолжит развитие.


* Пояснения для читателей-великороссов: в качестве заголовков для трёх разделов использованы цитаты из известного на Украине сатирического стихотворения Н.Середы «Рука Москвы».

** Третий раздел записи – слегка переработанная «копипаста» из моего комментария в журнале Путника.
Tags: Россия, Украина, воссоединение, экономика
Subscribe

  • Неделя на Лысой горе (2)

    /Окончание. Начало в предыдущей записи./ Четверг. Много шума из ничего Наутро спасатели наконец смогли закупить на пожертвования шатёр и…

  • Неделя на Лысой горе (1)

    Все персонажи нижеследующего описания вымышлены. Любые сходства с реальными событиями и действующими лицами, включая и те, которые сопровождаются…

  • Сказочное

    Сказка – ложь, да в ней намёк... А.С. Пушкин По просьбам трудящихся расставил в обеих частях текста 'Чебуречная «Мрак»' (…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 64 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Неделя на Лысой горе (2)

    /Окончание. Начало в предыдущей записи./ Четверг. Много шума из ничего Наутро спасатели наконец смогли закупить на пожертвования шатёр и…

  • Неделя на Лысой горе (1)

    Все персонажи нижеследующего описания вымышлены. Любые сходства с реальными событиями и действующими лицами, включая и те, которые сопровождаются…

  • Сказочное

    Сказка – ложь, да в ней намёк... А.С. Пушкин По просьбам трудящихся расставил в обеих частях текста 'Чебуречная «Мрак»' (…