miguel_kud (miguel_kud) wrote,
miguel_kud
miguel_kud

Categories:

БИТВА НА КАЛКЕ – 7

/Продолжение. Начало и оглавление здесь./


7. Идея воевать наполовину и сохранять врага

Пожалуй, последняя группа макроидей, оправдывавших современную российскую стратегию, – это псевдогуманитарные, псевдопацифистские вопли из серии «все войны когда-то заканчиваются миром». На их основе выводятся формулы типа «военного решения у конфликта нет» (следовательно, надо договариваться), «противника нельзя бить на уничтожение» и т.д. Многие из этих стратагем определяли линию России в первую чеченскую войну – тогда СМИ тоже какое-то время навязывали идею «убивать бандитских главарей нельзя, а то нам не с кем будет договариваться». (Напомним, что всё равно главарей «Ичкерии» пришлось убивать.) Соответственно, при реализации это мышление приводит к абсолютно позорным явлениям – «войне наполовину», к стремлению не слишком сильно бить противника, чтобы не получить жёсткий ответ.

Мы не будем подробно разбирать эти идеи ввиду их нелепости. Очень хорошо дух «войны наполовину» разобран в интервью-воспоминании капитана Драгана Васильковича (его стоит внимательно прочитать полностью). В частности, вспоминая свою встречу с Милошевичем, капитан говорит, что сказал тогда сербскому президенту: «Господин Милошевич, сделайте все, чтобы не дошло до войны, так как это наихудшее решение. Но если вас хорваты к этому подтолкнут, тогда займите Загреб». К сожалению, по какой-то причине многие политики не принимают эту стратегию, диктуемую здравым смыслом и военным опытом человечества, – Милошевич всё сделал вопреки этому совету и закономерно проиграл. Сначала он обнадёжил более слабую сторону в конфликте – в данном случае краинских сербов – в возможности отделиться от Хорватии благодаря помощи большой Сербии, но при этом ограничился малой помощью, а затем требовал, чтобы краинские сербы или самостоятельно брали Загреб или договаривались об условиях возвращения в Хорватию. Говорят, что война слишком серьёзное дело, чтобы доверять её военным, но ещё опасней – доверять её политикам, завязанным на Запад и отравленным тем совершенно не западным стилем мышления, который Запад представляет в виде своей официальной обёртки – либеральной демократии, толерантности, миролюбия.

Теперь идею воевать наполовину, вслед за сербами 90-х, приняла Россия. В результате этих идей Россия не только многократно увеличивает риск собственного военного поражения, но также увеличивает жертвы – как со своей стороны, так и со стороны противника (в данном случае – среди своего же народа). Затягивание войны, которую можно завершить быстрым уничтожением основных сил противника и взятием под контроль его территории, нужно только противнику. В свою очередь, уничтожение противника не отнимает у нас возможность переговоров с ним, а просто снимает их необходимость и позволяет установить мир на своих условиях, без согласования с поверженным противником. Вопреки бредовым установкам отечественной государственной школы и дипломатии, уступки противнику, с которым ведётся война, не способствуют укреплению переговорной позиции России, не повышает вероятность ответных уступок – наоборот. Сделанная услуга ничего не стоит. Противник может делать уступки только тогда, когда будет к этому вынужден угрозой ещё большего ущерба. Но если конфликт зашёл слишком далеко, безопасней не добиваться от противника уступок, а избавиться от него.

Нам почти целый год говорят, что по Украине нельзя бить слишком сильно, чтобы не разозлить США и Запад, не допустить его консолидации против России. На деле выходит наоборот: чем больше Россия тянет, тем больше Запад убеждается в её слабости и в возможности безнаказанно бить по русским, тем больше безнаказанность консолидирует в антироссийском порыве ранее нейтральные западные страны. Запад уже сейчас пошёл и на подкармливание Украины, и на её вооружение за свой счёт. Затягивание войны увеличивает жертвы самой Украины и ненависть к РФ со стороны как её граждан с украинской идентичностью, так и тех, кто считает себя русским и ассоциирует себя с Россией. Увеличение жертв со стороны Украины позволяет пропагандистской машине Запада разжечь антироссийскую истерию и мобилизовать свои страны на полномасштабную войну.

Стремление замириться с Украиной, предложить какое-то временное решение вызвано банальным желанием любой ценой отпихнуться от проблемы, хотя при этом создаётся беда и для будущих поколений, и для нынешнего. Правящий режим РФ хочет избавиться от Донбасса и Украины… но куда она денется? В любом случае это будет совершенно чудовищное образование, генератор инферно, от которого и отпихнуться-то не получится!

Если Россия не закроет украинскую тему полностью уже сейчас, то из пары Россия-Украина в лучшем случае сделают современную разновидность пары Индия-Пакистан. Ведь там тоже один народ с умеренными внутренними различиями был искусственно разделён на два по религиозному признаку. В разных государствах образовались разные нации и теперь уже разные народы. Две страны десятилетиями враждовали и надёжно торпедировали развитие друг друга. Шансов преодолеть последствия раскола у Индии и Пакистана нет никаких.

* * *

На фоне этих соображений не мешало бы посмотреть, как соответствующие стратегические принципы выглядят в исполнении прокремлёвских пропагандистов. Вот один из них, год назад с таким же восторгом расхваливавший стратегию Януковича по отношению к Майдану, пишет:

«Схема работы Путина с внешними и внутренними партнерами, конкурентами и даже врагами уже давно известна всем, кто готов смотреть на вещи рационально. На первом этапе Путин предлагает очень выгодный компромисс. Это принимают за признак слабости и отвергают. На втором этапе, ситуация для того, кто отверг компромисс резко ухудшается и предлагается новый компромисс, но уже значительно менее выгодный. И так продолжается до тех пор, пока компромисс не найден или пока вечно несогласный партнер не "подавится полониевым шарфиком" в Лондоне».

Конечно же, ничего общего с бессмысленными шараханиями Путина на внешней и внутренней арене это описание не имеет и близко. (Заметим, автор ещё и подыгрывает явно антироссийской версии об убийстве российскими спецслужбами не только Литвиненко, что ещё как-то вяжется с рациональной мотивацией, но и Березовского.) Беда в том, что вот этот бред перепевается обывателями, для которых главный аргумент – напетая кем-то подсказка, что Ганди – это голова, а Чемберлену палец рот не клади. Проникая в мышление общества как допустимый ход мысли, он формирует и допустимые методы, которыми РФ «воюет» со своими врагами, влияет на стратегию. И вместо войны по-настоящему предпринимаются мелкие покусывания, преподносимые публике как серьёзные удары по противнику, будто бы должные принудить его к компромиссу. На деле же, мелкие покусывания, во-первых, дорого стоят (например, захват аэропорта в Донецке стоил жизни многим ополченцам), во-вторых, только раззадоривают врага. И в конечном счёте задача добить врага не ставится вообще, даже в качестве пожелания. Конечной целью горе-стратегии всё равно остаётся достичь компромисса, договориться. Компромиссы достигаются непомерной ценой: как то минское перемирие, представленное большим успехом российской дипломатии, повлекло и многие сотни новых жертв на Донбассе, и разочарование в русском мире. Компромиссы эти нужны только в рамках логики уголовника, желающего хорошо прожить сегодняшний вечер, а там хоть трава не расти. Меры в предложенной «схеме работы Путина» предлагаются ублюдочные, неадекватные, под стать всё той же уголовной философии.

Самое комичное в описанной пропагандистом стратегии постепенного давления и принуждения к компромиссу – в том, что она повторяет по внешним проявлениям то, как на отдельных этапах ведёт себя по отношению к России Запад, но по внутренней сути – прямо противоположна этому. Как известно, Запад использует во взаимоотношениях с партнёрами типа Милошевича и Путина «стратегию салями» – метод постепенного выдавливания уступок, пока жертва полностью не сдаст всю страну. На каждом отдельном этапе создаются такие условия, чтобы отдельная уступка краткосрочно стоила жертве меньше, чем ущерб, который она понесёт в случае отказа, потом выбивается новая уступка и т.д. И вот для выбивания отдельной уступки Запад в самом деле использует что-то похожее на описанное: сначала требует немногого, затем, в случае отказа, ухудшает условия и требует большего – воспитывает объекты воздействия, чтобы не слишком много о себе думали. Например, в июне от Путина требовали только полного прекращения поддержки Донбасса. Из-за того, что кремлёвский президент промедлил с выполнением ультиматума, на него наложили санкции и осенью стали также требовать возвращения Крыма. (Заметим, в случае быстрой сдачи Донбасса возвращение Крыма всё равно бы потребовали, но намного позже, на следующем этапе «стратегии салями», а не на том же.) К возвращению Крыма элита РФ дозрела только к концу года, когда было уже поздно: от страны теперь требуют большой контрибуции. Путин вовсю пытается ускорить сдачу Донбасса, запускает в Крыму процессы массового разочарования в России, подкармливает Украину энергоносителями, но всё равно не успевает выполнять все требования Запада в срок. Даже прекрасно понимая, что закончится это для него «полониевым шарфиком».

По внутренней же сути реальная стратегия Запада в отношениях с РФ отличается от действий руководства РФ с партнёрами, как небо и земля.

Во-первых, глобальная (долгосрочная) линия ведёт не к компромиссу, а к полному уничтожению врага, пусть даже и постепенному. Псевдокомпромиссы и договоры – только промежуточные задачи, ведущие к конечной цели перестроить мир по-своему, без компромиссов и необходимости договариваться.

Во-вторых, на отдельных этапах «стратегии салями» выбивание мелких уступок постоянно усиливающимся давлением опирается не на пустые угрозы, которые никто не собирается выполнять (как весенние угрозы Миллера перекрыть газ), а на ощутимые удары, наносящие противнику больший реальный ущерб, чем собственные сопутствующие потери. Для Запада это были экономические санкции против России и личных друзей Путина. Заметим: за прошедшие девять месяцев положение Украины в идущей войне в части перспектив победы стало лучше, а России – хуже. А вот положение России в противостоянии Западу стало намного хуже – и экономическое, и военное.

Сама возможность постепенно наращивать давление, чтобы добиться от противника требуемой уступки, требует заведомого превосходства сил, которому ничего не угрожает. Именно поэтому Запад добивается от своих противников требуемых уступок, а мольбы Путина о компромиссе наталкиваются на всё более издевательскую реакцию и требования новых уступок. В тех же условиях, когда нет превалирующего долговременного превосходства, которое позволяет долго и безопасно играть с врагом в кошки-мышки и только потом добить, что «стратегия салями», что выдавливание уступок усилением давления могут дать противоположный результат – смертельный удар уже со стороны врага, к которому эта линия предпринимается.

И если пропагандисты официальной линии вообразили, что поняли стратегию Запада в отношении к своим противникам, и стали приписывать её Путину, то это только потому, что подсознательно мечтают стать такими же хозяевами положения, как хозяева кремлёвского президента. Ничего реального за этими мечтаниями не стоит.

* * *

Как и следовало ожидать по опыту югославской войны, в войне на Донбассе бесчисленные перемирия, контролирующие комиссии от третьих сторон, сочувствующих противнику, – все эти «компромиссы» стали игрой в одни ворота. Получая какие-то эфемерные преимущества, заключающиеся в том, что в конкретный момент Россию не очень ругали, Россия бесконечно сдавала свои стратегические установки – и в результате теряла всё. Чего только стоят Женевские договорённости, по итогам которых Россия отошла от принципиальной позиции о непризнании киевской хунты? Что получила Россия от этих псевдопереговоров и от факта самой встречи, кроме рукопожатия Лаврова с Дещицей? Что получила Россия от последующего признания Порошенко законным президентом? Что она получила от минских договорённостей?

Установка на переговорное решение проблем в момент, когда надо воевать и добивать врага, принятие заведомо ложных пацифистских установок, когда они совершенно неактуальны, – это свидетельство даже не никчёмности государственной школы РФ, а её антигосударственного характера! У нас в МИДе сидит Риббентроп и в Генштабе – Гудериан с Манштейном! А ещё хуже, что прикрывают этот факт многие тысячи геббельсов прокремлёвской пропаганды, навязывающие обществу представление, что самоубийственное поведение целой страны – это нормально.

/Продолжение в следующей записи./
Tags: Россия, война
Subscribe

  • «Кому работу доверяешь» – 4

    /Продолжение. Начало и оглавление здесь./ 4. Почему падают ракеты В начале 2020 года известный читателям этого журнала М. Михайленко оставил у…

  • «Кому работу доверяешь» – 1

    Оглавление 1. Внешнее управление через «люки» 2. Урок излечения имиджа 3. Сугубо частное лицо 4. Почему падают ракеты 5.…

  • В противофазе

    1. Демонстративные пужалки и петушения – почти верный признак того, что ничего не будет, а если даже что-то начнётся, то всё равно кончится ничем. На…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments

  • «Кому работу доверяешь» – 4

    /Продолжение. Начало и оглавление здесь./ 4. Почему падают ракеты В начале 2020 года известный читателям этого журнала М. Михайленко оставил у…

  • «Кому работу доверяешь» – 1

    Оглавление 1. Внешнее управление через «люки» 2. Урок излечения имиджа 3. Сугубо частное лицо 4. Почему падают ракеты 5.…

  • В противофазе

    1. Демонстративные пужалки и петушения – почти верный признак того, что ничего не будет, а если даже что-то начнётся, то всё равно кончится ничем. На…